Правительство Хабаровска в 2026 г. попробовало перехватить эстафету у Восточного экономического форума (ВЭФ) во Владивостоке, подгадав проведение своего второго российско-китайского форума к окончанию крупного мероприятия по соседству. И таким образом получилось соблазнить как минимум часть гостей из европейской части страны, среди которых был и корреспондент «Ведомостей», посетить сразу два дальневосточных города. Первый такой форум прошел в 2025 г. в мае, тогда власти отчитывались о 34 заключенных соглашениях на сумму свыше 100 млрд руб.
В эти же сентябрьские дни в Хабаровске проходил и фестиваль под названием «Два берега – один Амур». Позже губернатор края Дмитрий Демешин сказал, что сотрудничество «с партнерами из Китая можно охарактеризовать известной китайской мудростью: мы пьем воду из одной реки» (похожая строчка встречается, например, у поэта династии Сун Ли Чжи-и. – «Ведомости»). При взгляде с самолета Амур не только заполняет собой все пространство внизу, но и выглядит довольно мутно.
Позже экскурсовод заверит, что это визуальное искажение, возникающее из-за цвета грунта. К слову, тема космического мониторинга экологического состояния Амура и его притоков в КНР тоже была в повестке форума. А все собеседники сходятся в том, что купаться в Амуре не лучшая идея, как минимум из-за сильного течения. И в жаркий день начала сентября с набережной в водах реки видно было лишь двух резвящихся под палящим солнцем мальчиков.
Перед церемонией открытия форума в парке на набережной рядом со Стадионом им. Ленина со сцены звучали «Половецкие пляски» Александра Бородина и «Катюша» на китайском. Пищу не для души подавали в павильонах – закуски из двух стран (где-то мелькали даже крылышки в кока-коле). В момент официальной приветственной речи нового генконсула КНР в Хабаровске Чэнь Юнцзюня откуда-то из-за сцены эффектно появилась пара молодоженов. Причем очень уверенно, что невольно в этом читался продуманный ход. «Это... Мы куда вообще попали?» – спустя примерно минуту недоумение невесты выдало отсутствие хитрого плана. Их праздник продолжился в другом месте. Но и программа форума тоже была разбавлена, например, парусной регатой Фуюань – Хабаровск.
Одной из тем второй год подряд стало совместное развитие с КНР о. Большой Уссурийский, по которому проходит граница двух государств. Решение в пользу передачи половины этого острова китайцам было утверждено в 2005 г. парламентом и президентом России Владимиром Путиным после окончательной демаркации границы. Теперь там с российской стороны готовят одну из пяти пилотных международных территорий опережающего развития (МТОР), куда в совокупности российские власти ожидают инвестиций из КНР в размере 1 трлн руб., до 2028 г. на острове появится пограничный пункт пропуска, к которому строят новую дорогу. Кроме того, на российской территории острова планируется возвести филиал национального центра «Россия». Китайское название острова переводится как «остров Черного Медведя», а на картах КНР он не везде маркируется пополам. Впрочем, никаких официальных притязаний никто не высказывает, территориальные споры между странами закрыты.
Демешин сначала обсудил вопросы экспорта вместе с замминистра промышленности Романом Чекушовым и гендиректором Российского экспортного центра Вероникой Никишиной, затем с ней же был на пленарном заседании форума. Оно, хотя и было замечено (заочно) целой плеядой федеральных министров, включая главу МИДа Сергея Лаврова, а также послом КНР в России Чжан Ханьхуэем, казалось больше похожим на приграничный формат – прежде всего Хабаровского края и северо-восточной провинции Хэйлунцзян. Известно, что порядка 75% ее внешней торговли приходится на Россию, а Хабаровский край экспортирует в Китай рыбу и морепродукты, продукцию ТЭКа, черные, цветные и драгоценные металлы, древесину. Отдельно много говорилось о имеющихся целях по торговле продукцией с высокой добавленной стоимостью.
Впрочем, география форума была широкой: организаторы сообщили о 4000 представителях бизнеса, власти и экспертов из 21 региона России и 14 провинций Китая. Журналистам же они постарались, как могли, разнообразить пребывание в регионе и помимо многочисленных сессий.
Китайские спикеры делали упор на такие пункты в отношениях с Россией, как историческая память (Китай тоже пока в плохих отношениях с Японией. – «Ведомости»), гуманитарные аспекты, включая изучение языков (словосочетание «полилингвальное образование» очень часто звучало и от российских представителей), на пользу от уже, кажется, прочно закрепившегося безвизового режима и создание региональных точек роста.
Свой пресс-подход Демешин завершил, впрочем, не Китаем, а тем, что американцы, не привлекая лишнего внимания, намекают на желание получить еще красной икры из Хабаровского края, которую спецпосланник Стивен Уиткофф привозил президенту США Дональду Трампу по итогам одной из предыдущих своих поездок. Была ли эта тема в повестке нового приезда Уиткоффа в Москву в начале сентября, остается загадкой.
Именно на набережной Хабаровска в те же дни торжественно открыли новый памятник, посвященный победе советского солдата над милитаристской Японией. Огромная, 15-метровая бронзовая скульптура советского солдата (говорят, в народе его прозвали «Иван») прикладом винтовки разбивает японский пограничный столб с иероглифами Великой японской империи. И этот столб с изображением цветка хризантемы, по сути одного из символов японской государственности, вызвал дипломатический скандал (если бы только хоть что-то нескандальное оставалось в отношениях России и Японии за последние четыре года). Так или иначе, премьер Японии Санаэ Такаити, сторонница крайне правых взглядов, заявила о неприемлемости монумента, выступив с призывом демонтировать его.
Но власти России делать компромиссные шаги в отношении Японии на нынешнем историческом этапе явно не готовы: в лице представителя МИДа Марии Захаровой они заявили о том, что Токио осталось «потребовать от ветра не дуть и от солнца не светить» (в японской мифологии император – потомок богини солнца Аматэрасу). «Наша земля, защищенная предками; наша история, основанная на фактах; наша память, запечатленная в памятнике. Если Токио с пренебрежением относится к японской истории, то этот недуг не должен распространяться на других», – отреагировала Захарова. До нее о том, что монумент не будет изменен, сказал замначальника управления президента России по госполитике в гуманитарной сфере и заместитель председателя РВИО (занималось проектом памятника) Николай Овсиенко: «Это точная копия пограничного столба, который императорская Япония поставила на острове Сахалин. Когда мы все-таки освободили Сахалин и вернули его России, русский солдат, советский солдат разбил этот символ милитаристской Японии».
Когда японцы говорят об оскорблении из-за такого изображения хризантемы, в этом не стоит автоматически считывать оправдание преступлений времен милитаризма Второй мировой, говорит доцент кафедры востоковедения МГИМО МИД России Владимир Нелидов. Этот 16-лепестковый цветок с конца XIX в. остается гербом Японии, а также, что, возможно, более важно, символом императорского дома, который, в свою очередь, до сих пор ключевая часть их идентичности. Потому можно деконструировать логику японских властей: если бы они совсем никак не отреагировали, то на них внутри страны обрушился бы поток критики. При этом очевидна важность мемориализации событий прошлого, включая преступления японских милитаристов, говорит Нелидов. В конечном счете сейчас ответственность за резкое ухудшение отношений двух стран после 2022 г. лежит на Японии и ее односторонних действиях и эта недружественная позиция косвенно могла повлиять и на политику памяти в России, считает он.
Во второй день хабаровского форума в селе в 15 км от краевого центра журналистам показали одно из предприятий, которое призвано продемонстрировать роль китайских инвесторов. Речь идет о заводе ООО «Азиатско-Тихоокеанская компания» (АТК) по производству пластиковых окон, построенном 14 лет назад. В момент визита журналистов там шел активный процесс их сборки – процесс автоматизирован в значительной степени. Единственный учредитель и владелец бизнеса – гражданин КНР Ма Чанфа с русским именем Петр. Он говорит, что многие его друзья, глядя на его историю успеха, тоже подумывают о работе с Россией. Особенно на Большом Уссурийском. Материалы на завод поступают не только из Китая, но и из разных регионов России, Казахстана, Словении, Турции и Германии.
Директор компании Олег Пчельников знает Ма давно, с 1990-х гг. «Мы стройками занимались сначала. Потом посмотрели на рынок окон, в Китае все есть, а мы построили заводик. Дело пошло», – говорит он. Коммерческая выгода от размещения предприятия в России прямая для владельца, но есть и другой интерес личного характера: он получил ВНЖ и привык к местным реалиям. «К тому же в Китае рынок ПВХ умер, все. Там перешли на теплый алюминий. Возможно, так будет и у нас, но пока работать можно», – говорит Пчельников.
В конце 2027 г. предприятие планирует начать производство каленого стекла на площадке «Ракитное» в ТОР «Хабаровск», рассказал Пчельников журналистам. При этом стекло будет импортироваться из Китая, так как «организация отдельного производства потребует больших инвестиций», а в России оно будет проходить процедуру закаливания. Количество граждан КНР на заводе не превышает разрешенную квоту в 40%, заверили журналистов в компании (хотя во время экскурсии их доля визуально была больше), а офисная часть полностью состоит из местных.
«Правительство [края], когда мы подаем заявки на квоты, считает, что у нас достаточно населения. Но вы же знаете, где у нас все мужики?» – в одном из разговоров повисает нелегкий вопрос. Регион в целом заинтересован в том, чтобы основная масса рабочей силы «была бы наша», но понимает разные ограничения, сказал «Ведомостям» первый замдиректора агентства привлечения инвестиций и развития инноваций Хабаровского края Владимир Комков. «Где-то, возможно, не хватает компетенций [у россиян], где-то просто не хватает численно рук. Поэтому для резидентов ТОР есть определенные квоты на привлечение иностранной рабочей силы, в том числе и высококвалифицированных специалистов», – сказал он.
Отвечая на вопрос, можно ли говорить, что упомянутое предприятие по своей сути китайское, Комков перевел акцент на то, что его владелец – налоговый резидент России. «Мы заинтересованы том, чтобы граждане Китая открывали здесь свои предприятия. И тем самым повышали, во-первых, уровень промышленной кооперации, а во-вторых, мы заинтересованы в технологиях. К сожалению, во многих отраслях мы на сегодняшний день отстаем, и как раз подобные предприятия помогают перенимать технологии, что всегда вопрос очень чувствительный. На этом конкретном предприятии пусть передовых технологий нет, но на территории ДФО никто не производит каленое стекло. А через год его будут производить», – перечислял плюсы Комков.
Форум в Хабаровске пока больше сфокусирован на региональной повестке, пусть власти региона и настроены серьезно, говорит директор ИСАА МГУ Алексей Маслов. По его мнению, проведение второго мероприятия похожего профиля встык с ВЭФом лишает его части потенциальных гостей из-за необходимости оформления длинной командировки. Что же касается интереса китайских инвесторов на Дальнем Востоке в целом, то у Хабаровского края, вынося за скобки Большой Уссурийский, положение пока менее выигрышное по сравнению с соседями. Это происходит как из-за того, что в Амурской области уже действует МТОР «Ровное», где было подписано много соглашений с китайцами, пусть пока и не реализованных, так и из-за наличия там крупного федерального объекта в виде космодрома Восточный, что дает дополнительное внимание, как и развитая инфраструктура Владивостока (что, впрочем, не уберегло центр города 3 сентября, во время ВЭФа, от блэкаута. – «Ведомости»).
Далее Хабаровск планирует принимать российско-китайские форумы ежегодно.
