Среди основных вопросов предстоящего саммита НАТО в Турции – обсуждение очередных поставок вооружения Украине и темпов милитаризации Европы. За этими разговорами стоит конкретный интерес западных военно-промышленных корпораций, которые наращивают аппетиты к бюджетным средствам.
Совокупная выручка 50 крупнейших публичных военно-промышленных корпораций Запада выросла в 2025 г. на 11% и достигла $698 млрд, следует из данных отчетности компаний, которые изучили «Ведомости». Чистая прибыль увеличилась на 42% – с $37 млрд до $53 млрд.
К 2029 г. эти компании рассчитывают нарастить доходы до $974 млрд, или на 40% по сравнению с 2025 г., следует из прогнозов и отчетности корпораций. Особенно оптимистично настроен европейский ВПК, компании которого хотят увеличить доходы со $172 млрд до $282 млрд, или на 64%. Это будет в 3 раза быстрее номинального роста ВВП Европы, который МВФ ожидает на уровне 19%.
Ключевую роль сыграет инициатива с названием «Готовность 2030», в рамках которой ожидается потратить 800 млрд евро на перевооружение. Президент России неоднократно подчеркивал, что заявления о «российской угрозе» являются «бредом» и «ложью» и используются исключительно для оправдания роста военных расходов.
«Вы на самом деле не нужны нам – если возникнет проблема, мы обратимся к американцам», – цитировал глава Rheinmetall Армин Паппергер Ангелу Меркель на саммите по безопасности в Берлине 2 июля. Он упрекнул бывшего канцлера Германии в том, что она загнала оборонную промышленность страны в «темный угол».
Теперь у немецкого ВПК светлые времена. По крайней мере, военный бюджет Германии стал крупнейшим в Европе и вырос в 2025 г. до $114 млрд, что оказалось в 2 раза больше, чем в 2022 г., когда он составлял $56 млрд. В 2026 г. его размер может достичь $145 млрд, прогнозирует Международный институт стратегических исследований (IISS).
Выручка Rheinmetall на этом фоне выросла с $7 млрд до $11 млрд за 2022–2025 гг., в 2026 г. ожидается на уровне $15 млрд, а в 2029 г. – уже $36 млрд. Такой рост будет одним из самых стремительных среди 50 крупнейших публичных военно-промышленных корпораций Запада.
У шведской Saab в ближайшие четыре года ожидается рост с $7,8 млрд до $16,5 млрд (в 2,1 раза), у немецкой Hensoldt – до $5,5 млрд (на 98%), у французской Dassault Aviation – до $15,1 млрд (на 80%), у норвежской Kongsberg – до $9,7 млрд (на 73%), а у итальянской Leonardo – до $34 млрд (на 55%). В целом 15 лидирующих корпораций европейского ВПК хотят увеличить выручку до $282 млрд, или на 64%.
Для сравнения: 30 американских компаний будут расти скромнее – с $474 млрд до $599 млрд, или на 26%, согласно подсчетам «Ведомостей». Европейские военные расходы растут с более низкой базы, чем американские, плюс на Европу ложатся основные расходы по обеспечению Украины, говорит директор Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Василий Кашин.
Американская оборонная промышленность многие годы работала на высоком уровне расходов, тогда как в Европе был ограниченный спрос, согласен доцент кафедры политического анализа и социально-психологических процессов РЭУ им. Г. В. Плеханова Павел Севостьянов.
Костяк европейского ВПК технологически и финансово связан с американским, а также с крупнейшими транснациональными инвестиционными фондами, которые на деле владеют и оперируют активами ОПК Европы, отмечает военный эксперт Института права и национальной безопасности РАНХиГС Александр Степанов. Они выстраивают стратегию милитаризации, лоббируют повышение бюджетов и перевооружение на базе нового технологического уклада (гипермасштабируемые предприятия, аддитивные технологии, упор на НИОКР).
Аналитики недооценили скорость перехода европейских стран от заявлений к реальным закупкам, считает Севостьянов. Если в 2022–2023 гг. обсуждались главным образом политические планы, то в 2024–2025 гг. началось массовое размещение заказов. Резко вырос спрос не только на новую технику, но и на восполнение складских запасов боеприпасов, средств ПВО, ракет и артиллерии. Многие компании получили портфель заказов, рассчитанный на несколько лет вперед, а это автоматически улучшило прогнозы по выручке.
Совокупная капитализация 50 крупнейших военно-промышленных корпораций Запада на 1 июля 2026 г. составила $1,57 трлн, подсчитали «Ведомости» по данным фондовых бирж. Это примерно уровень начала года и в то же время на 43% выше, чем в момент инаугурации Дональда Трампа в январе 2025 г., когда показатель был $1,1 трлн.
Своего пика совокупная стоимость публичных корпораций западного ВПК достигла к марту 2026 г. после начала операции «Эпическая ярость» – войны США и Израиля против Ирана. Она достигла $1,85 трлн. Но перекрытие Ормузского пролива остудило пыл американцев и их оружейников, и капитализация стала падать. Очередной виток роста совпал с усилением атак Киева на гражданские объекты и обострением ситуации на украинском фронте.
Особенно динамичным был рост интереса инвесторов к европейским концернам. Если в начале 2025 г. капитализация 15 крупнейших из них была $190 млрд, то сейчас – $329 млрд, на 73% больше. Американские корпорации росли скромнее – на 28%, т. е. примерно в русле рынка. Индекс S&P 1200, отражающий динамику совокупной капитализации крупнейших западных компаний, с начала 2025 г. прибавил 30%.
Инвесторы перестали воспринимать рост оборонных расходов как краткосрочную реакцию на украинский конфликт. Сегодня рынок исходит из того, что начинается многолетний цикл перевооружения НАТО, говорит Севостьянов. Другой фактор – видимость будущих денежных потоков. Для оборонных компаний госконтракты заключаются на годы вперед, что значительно снижает неопределенность.
Гражданский частный корпоративный сектор активно включается в решение геополитических и военных задач и помогает военно-техническому переоснащению США и Западной Европы. Так, Трамп сообщил, что автомобильные концерны General Motors и Ford переоборудуют часть мощностей под выпуск ракет Patriot и Tomahawk.
Кроме того, появляются новые игроки, которые могут потеснить прежних гигантов. На саммите G7 одним из ключевых мероприятий стала встреча руководителей крупнейших западных высокотехнологичных компаний, которые решают задачи разработки и интеграции ПО военного назначения на основе алгоритмов ИИ, наращивания производства БПЛА и автономных систем, а также локализации производства в рамках так называемого экспедиционного ВПК – в тех регионах, где потенциально могут проводиться военные операции стран НАТО. Важнейшим испытательным полигоном альянса стала Украина.
В феврале 2024 г. в рамках «Рамштайна» была создана Коалиция дронов. Среди других инициатив также коалиция по противовоздушной и противоракетной обороне и артиллерийская коалиция, которая обеспечивает Украину техникой, боеприпасами и подготовкой специалистов. Коалиция желающих обсуждает долгосрочные гарантии безопасности для Украины, включая ввод иностранных контингентов.
Сегодня на Украине работают или расширяют свои производственные мощности британская BAE Systems, германская Rheinmetall, шведская SAAB, американская Northrop Grumman и т. д. Всего более 25 иностранных компаний находятся на различных этапах локализации своей деятельности на Украине, утверждает минобороны страны.
С июня 2025 г. прошлого года Киев стал теснее сотрудничать с европейскими партнерами в рамках стратегии «Строим вместе с Украиной», особенно в части БПЛА. В феврале Владимир Зеленский объявил о планах создания к концу 2026 г. 10 зарубежных центров оборонного экспорта, в том числе в Лондоне, Берлине и Копенгагене. Также программа расширяется на Прибалтику, Румынию, Норвегию, Нидерланды и Польшу.
Это ведет к «ползучему превращению» стран в стратегический тыл Украины и их втягиванию в войну против России, подчеркивали российские власти. На Украине, словно на полигоне, происходит тестирование новых средств и методов войны, отмечает Степанов.
«У нас три приоритета: ПВО, дальнобойная артиллерия и дроны», – отметил 24 июня министр обороны Украины Михаил Федоров. Украина еженедельно наносит 3500 ударов по гражданским объектам на территории России, заявил «Известиям» посол по особым поручениям МИД РФ Родион Мирошник.
Ускоренный рост европейских компаний может продолжаться еще 3–5 лет, пока идет активное наращивание мощностей и формирование новых заказов, считает Севостьянов. Затем темпы, скорее всего, начнут постепенно приближаться к американским. Уровень трат на оборону до 3–3,5% ВВП для крупнейших европейских экономик выглядит достижимым без серьезной дестабилизации финансов, если рост будет постепенным. Но переход к расходам 5% ВВП, о котором все чаще говорят, уже означает принципиально иной масштаб нагрузки. Расходы в пользу ВПК перераспределяются из социальной сферы и программ развития.
Поэтому нагнетание военной истерии и страха перед Россией необходимо европейцам для накопления политического капитала, достаточного для непопулярных мер, говорит Кашин.
