Российский союз промышленников и предпринимателей (РСПП) подготовил замечания к внесенным в конце марта масштабным поправкам в закон «О несостоятельности (банкротстве)». Свои предложения Союз 13 апреля отправил в Минэкономразвития, а также председателю комитета по вопросам собственности, земельным и имущественным отношениям Сергею Гаврилову (оба письма есть в распоряжении «Ведомостей»). Вице-президент союза Александр Варварин подтвердил «Ведомостям» отправку писем. РСПП считает, что в текущей версии законопроект не может быть поддержан и требует существенной доработки. Авторы писем предложили создать рабочую группу при профильном думском комитете, которая бы занималась проработкой изменений документа.
Наиболее серьезное замечание бизнеса связано с механизмом назначения арбитражных управляющих в процедуре банкротства. Согласно законопроекту, осуществлять их государственную регистрацию будет ФНС. РСПП считает, что мера провоцирует «недопустимый конфликт интересов», так как налоговая служба при осуществлении функций регистрации продолжит быть кредитором в ряде дел о банкротстве. Кроме того, новые полномочия могут быть обременительными для бюджета с точки зрения расходов, считают в РСПП. Регистрация может быть обеспечена Росреестром, который сейчас ведет реестр государственных управляющих, говорится в отзыве.
Госрегистрация необходима для обеспечения достоверности сведений об арбитражных управляющих, результатах их деятельности, без которых невозможна прозрачность и прогнозируемость для участников дел о банкротстве, пояснил «Ведомостям» представитель ФНС. Существующие способы раскрытия сведений не обеспечивают их достоверности, при этом регистрационная модель наиболее эффективна и верифицируема, добавляет он. «Функции регистрации не могут повлечь конфликта интересов, так как она является строго регламентированной учетной государственной функцией, а не диспозитивной бизнес-функцией, основанной на усмотрении», – заключил представитель ФНС.
Отдельный блок замечаний касается саморегулируемых организаций (СРО), членство в которых является обязательным для всех арбитражных управляющих, а его лишение означает фактический запрет вести деятельность. Такие организации могут рассматривать жалобы в отношении своих членов и выносить дисциплинарные взыскания (вплоть до исключения), также они формируют состоящий из обязательных взносов компенсационный фонд, который может частично покрывать денежные требования к управляющим из-за нарушений в ходе процедур банкротства.
РСПП критикует норму о снижении минимальной численности членов СРО первой группы до 10 человек, второй и третьей – до 20. Принадлежность к группе в свою очередь определяется размеров компенсационного фонда от 50 млн руб. для первой группы до 200 млн руб. для третьей. Авторы писем опасаются, что организации фактически превратятся «в управляющие компании» и будут «заведомо действовать исключительно в интересах своих членов, но при этом регулирующая и контрольная функция в отношении арбитражных управляющих надлежаще осуществляться не будет». Дополнительный риск такой нормы – создание крупными системными кредиторами (например, банками и лизинговыми компаниями) «подконтрольных» СРО, что негативно скажется на защите прав других участников дел о банкротстве, указано в заключении.
Еще одно положение законопроекта, которое по мнению РСПП, ухудшает положение СРО, касается автоматического списания убытков, компенсация которых присуждена арбитражному управляющему, если тот не выплатит их сумму в течение трех месяцев со дня вступления в силу решения суда. Эта норма лишает СРО права на защиту от необоснованных компенсационных выплат и по сути уничтожает институт субсидиарной ответственности таких организаций, отмечается в заключении.
Также Союз критикует невозможность участников дела о банкротстве предъявлять дополнительные требования к кандидатуре арбитражного управляющего. Одновременно суду предоставляются слишком широкие полномочия по его выбору, например, возможность оценивать «уровень компетентности, добросовестности и независимости с учетом особенностей дела о банкротстве конкретного должника и процедуры», а также определять СРО, из числа членов которой будет выбран арбитражный управляющий. Такая дискреция суда избыточна, так как судья «не обладает информацией о личных и профессиональных качествах арбитражного управляющего», отмечают в РСПП. А выбор СРО без каких-либо критериев и механизмов контроля может повлечь «существенные злоупотребления», уверены авторы заключения.
Наконец, бизнес высказывает замечания к одному из ключевых нововведений реформы – возможности для компаний-должников реструктуризировать долг вместо обязательного запуска процедуры банкротства. Согласно проекту поправок, реструктуризация вводится, если суд посчитает возможным восстановление платежеспособности такого бизнеса. Для этого учитываются выводы отчета о финансовом состоянии (его составляет арбитражный управляющий) и позиция кредиторов. Если же они окажутся отрицательными, то суд может ввести наблюдение (первая из четырех действующих сейчас процедур по закону о банкротстве. – «Ведомости»).
Норма позволит любому кредитору вне зависимости от объема его требований заблокировать реструктуризацию путем направления отзыва о возражении против нее, считают в РСПП. При этом должник будет вынужден понести существенные расходы на проведение экспертизы и не сможет длительное время приступить к процедуре, отмечается в отзыве. Возможность отказаться от нее и последующее признание должника банкротом снижает заинтересованность в подаче заявления о реструктуризации долгов и приведет к сохранению «ликвидационной направленности» законодательства о банкротстве, уверены в РСПП.
Минэкономразвития рассматривает все предложения бизнес-сообщества и находится в постоянном контакте с отраслевыми экспертами, рассказал «Ведомостям» представитель министерства. В приоритете – решения, которые дадут возможность спасать бизнес или быстрее вовлекать активы в оборот, не доводя их до разрушения, отметил он.
Ассоциация банков России (АБР) в целом поддерживает концепцию законопроекта, так как усиление реабилитационной направленности банкротства важно для обеспечения финансовой стабильности и сохранения производственного и технологического потенциала, заявил «Ведомостям» директор юридического департамента АБР Александр Абрамов.
Банки позитивно оценивают введение детализированного механизма досудебной санации, развитие альтернативных ликвидации процедур, стремление системно урегулировать статус и мотивацию арбитражных управляющих, отмечает Абрамов. По мнению АБР, законопроект снизит долю «ликвидационных» банкротств, обеспечит сохранение работающих предприятий, более предсказуемое и прозрачное урегулирование задолженности заемщиков и уменьшит нагрузку на судебную систему. При этом Ассоциация предлагает при подготовке законопроекта ко второму чтению оценить возможность перехода к конкурсному производству в случае отказа в утверждении плана реструктуризации, уточнил Абрамов. Также стоит рассмотреть целесообразность запрета для залогового кредитора голосовать при рассмотрении собранием кредиторов плана финансового оздоровления.
В целом опасения РСПП понятны и они не лишены логики, рассуждает генеральный директор юридической компании Enterprise Legal Solutions Анна Барабаш. Введение госрегистрации арбитражных управляющих и наделение ФНС этими функциями создает дублирование при условии наличия действующего реестра, полагает она. При этом, по ее мнению, риск того, что налоговые органы смогут использовать в своих целях наличие таких полномочий сомнителен. Даже если допустить такую вероятность, то вряд ли такие попытки пройдут незамеченными для прочих кредиторов, которые такие попытки могут попросту заблокировать в судебном порядке, уверена Барабаш. Также со скепсисом следует отнестись к риску создания крупными системными кредиторами подконтрольных СРО, полагает она.
С отдельными выводами заключения РСПП однозначно можно согласиться, считает партнер Orchards Вадим Бородкин. Например, запрет для конкурсного кредитора выдвигать дополнительные требования к кандидатуре арбитражного управляющего однозначно «требует осмысления в первом чтении», ведь подобное право обеспечивает наиболее эффективное проведение банкротных процедур, с учетом специфики деятельности должника, говорит он.
Также нежелательно соединение фигуры уполномоченного органа и держателя регистра управляющих, поскольку влечет консолидацию крупного объема полномочий в банкротных процедурах у одного госоргана, согласен Бородкин. «Лучше, чтобы такие полномочия были переданы Росреестру как контролирующему органу в отношении саморегулируемых организаций арбитражных управляющих», – считает он. При этом само по себе введение регистра арбитражных управляющих «давно напрашивалось» для повышения прозрачности выбора управляющих, полагает Бородкин.
Позиция РСПП в части отстаивания права собрания кредиторов на выбор кандидатуры управляющего справедлива – данная позиция согласуется с глобальной концепцией трансформации корпоративного контроля в кредиторской, считает арбитражный управляющий, управляющий партнер «Замалаев, Стороженко и партнеры» Павел Замалаев.
Законопроект с одной стороны, вводит досудебную реабилитационную процедуру (соглашение о санации), с другой – добавляется судебная процедура реструктуризации долгов, то есть как у кредиторов, так и у должников появляется инструментарий возможностей по разрешению разногласий, констатирует Бородкин.
Одно из главных не реализовавшихся ожиданий от законопроекта Минэка – это уход от трехстадийных торгов и переход к так называемому англо-голландскому аукциону, считает Замалаев. В законопроекте нововведение появилось в усеченном виде – его влияние на эффективность проведения процедур банкротства будет минимальным (абсолютное большинство лотов под него не попадет и будет торговаться по прежним правилам – долго и неэффективно), полагает эксперт.
