Через несколько дней после начала новой совместной американо-израильской операции против Ирана ни в Вашингтоне, ни в Западном Иерусалиме четко не заявили не только о конечной цели войны, но и о сроках ее достижения. В первую очередь сам президент США Дональд Трамп делает противоречивые заявления, которые могут натолкнуть на мысль о недостаточной проработке операции против Тегерана на этапе планирования.
В своем видеообращении, опубликованном в соцсети Truth Social, Трамп заявил о намерении продолжать боевые действия до тех пор, пока не будут достигнуты поставленные цели. А уже 1 марта в телефонном интервью газете The New York Times он назвал срок для завершения операции – «от четырех до пяти недель». При этом американский лидер отметил, что США и Израилю «не будет трудно» поддерживать интенсивность ударов.
Он также намекнул, что непосредственным итогом иранской операции может быть смена руководства страны на менее враждебное для США, как это было сделано в Венесуэле в начале января: «То, что мы сделали в Венесуэле, я думаю, был чудесный, чудесный сценарий». Хотя в том же разговоре он упомянул возможность транзита власти, в ходе которого Корпус стражей исламской революции «сдастся людям». Ближе к концу разговора он в очередной раз заявил, что ожидает потерь с американской стороны, а также подчеркнул, что «пока слишком рано» и «надо сделать дело», не забыв упомянуть, что США «опережают сроки» выполнения боевых задач.
Чуть позже в этот же день конгрессмен-республиканец Майк Тернер, являющийся членом палатского комитета по вооруженным силам, заявил: «Он [госсекретарь Марко Рубио] очень четко ответил, что мы не преследовали [верховного лидера Ирана Али] Хаменеи и руководство Ирана. Таким образом, тот аспект, что Соединенные Штаты не предпринимали попыток смены режима, очень важен <...>».
Позже, 2 марта, председатель объединенного комитета начальников штабов Дэн Кейн подчеркнул, что для достижения поставленных военных целей (он не конкретизировал, какие цели имеются в виду) американцам понадобится «некоторое время». В свою очередь, министр обороны Пит Хегсет уверял, что продолжающаяся операция не перерастет в «бесконечную войну», а ее целью по-прежнему является уничтожение иранских ракет, флота и другой военно-стратегической инфраструктуры. В ходе той же пресс-конференции он допустил продолжение боевых действий в течение шести недель и более.
Напомним, что в первый день операции, 28 февраля, Трамп сказал журналистам портала Axios: «Могу захватить всю страну или закончить все в течение двух или трех дней, сказав иранцам: «До встречи через несколько лет, если вы возобновите [ядерную программу]».
США преследуют свои традиционные цели – ослабление Ирана с прицелом на внутреннюю дестабилизацию, разрушение структуры государственного управления – и как программа-максимум – смена или падение режима, полагает директор Центра военно-экономических исследований Института мировой военной экономики и стратегии НИУ ВШЭ Прохор Тебин. «Трамп четко показал, что ограниченные силовые операции являются для него очевидной альтернативой в случае, когда он не получает желаемой «быстрой красивой сделки», а его противник не имеет реальной возможности нанести самим США болезненного ответного удара», – объяснил эксперт.
Что касается длительности боевых действий, то эксперт сомневается, что они будут интенсивными на протяжении долгого времени. Во-первых, потому, что запасы ракет и другого высокоточного вооружения большой дальности у сторон велики, но все же достаточно ограниченны. Во-вторых, потому, что США явно не заинтересованы в длительной операции в том числе с внутриполитической точки зрения. «В идеальном для США варианте Иран должен истощить свои возможности и волю к активному сопротивлению в сжатые сроки, условно за неделю-две, но этого может и не произойти», – подчеркнул Тебин. Если США и Израиль увидят серьезное ослабление Ирана, то они сами могут пойти на продолжительную операцию для достижения более решительных целей. В то же время Иран может оказаться упорнее и настойчивее, чем раньше, и тогда напряженность опять же затянется, но уже в невыгодных для США условиях, подчеркнул эксперт.
28 февраля в результате авиаударов США и Израиля по Тегерану погиб верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи, правивший страной около трех десятилетий. В стране объявлен 40-дневный траур, но за ее пределами реакция оказалась разнообразной. Пока одни возлагают цветы к посольствам Исламской Республики и протестуют против израильско-американской агрессии, другие открывают бутылки с шампанским и радуются. / Hassan Ammar / AP Photo
Цель Трампа – устранить угрозу нацбезопасности США, исходящую от Ирана в том, как он это понимает, говорит замдиректора ИСКРАНа по научной работе Андрей Евсеенко. При этом эксперт допускает смену режима как одну из желаемых в Вашингтоне целей, но уточняет, что необходимые для этого издержки (например, проведение наземной операции) не соответствуют видению нынешней администрации. «Трампу нужен быстрый успех, поэтому он попытается создать условия для недолгих боевых действий», – сказал Евсеенко. По его мнению, при невысокой интенсивности ударов боевые действия могут занять до четырех недель, но если США и Израиль хотят сохранить ее на нынешнем уровне, то им может потребоваться больше времени.
Трамп хочет сменить вектор внешней политики Ирана, а не сам режим, говорит научный сотрудник Института международных исследований МГИМО Владимир Павлов. По мнению эксперта, если это не удастся, то американцы стремятся хотя бы на время максимально минимизировать военные возможности Тегерана. Исходя из нынешней ситуации, Трамп попытается закончить операцию как можно скорее.
