Президент США Дональд Трамп второй раз за неделю допустил временный запрет экспорта американского дизеля. Он подтвердил журналистам в Белом доме 1 октября, что «думает об этом» и обсуждает такую опцию с [министром энергетики США] Крисом Райтом и [министром внутренних дел] Дугласом Бергамом.
«Они считают, что это наладит ситуацию [на рынке] дизельного топлива, но может привести к росту цен на другие товары», – подчеркнул американский лидер. Ему вторил упомянутый им министр Райт, который допустил, говоря о ценах на топливо в США, что «в ближайшие дни и недели вы увидите их заметное снижение, и у нас будут некоторые объявления по этому поводу».
Трамп добавил, что НПЗ в США «работают на рекордных мощностях», но пообещал, что «вскоре вы услышите от наших друзей в Европе новости по поводу поставок дизельного топлива, которые поступят на рынки и существенно снизят цены».
Позже агентство Reuters со ссылкой на источники сообщило, что американская администрация требует от властей стран ЕС выбросить часть дизтоплива из запасов на свои рынки. В противном случае Вашингтон якобы намерен прекратить зарубежные поставки дизеля. А 28 сентября Райт сообщил, что обсудил тему возможных перебоев с экспортными отгрузками дизеля с чиновниками Великобритании.
Цены в самом ЕС – в аномальном диапазоне. По данным энергетического бюллетеня Еврокомиссии (ЕК) от 1 октября, средняя цена на дизель составила 2,23 евро за литр, на бензин – 2,1 евро. 17 сентября она была 2,15 евро за литр дизеля и 2,6 евро – бензина. 10 сентября литр дизеля стоил 2,1 евро.
Ранее, 30 сентября, Financial Times со ссылкой на источники сообщала, что Трамп с советниками обсуждал запрет экспорта дизеля. Нынешний уровень цен грозит поражением республиканской партии на промежуточных выборах в конгресс в начале ноября, передают собеседники издания аргументацию запрета. Разгром однопартийцев Трампа в конгрессе пророчил 29 сентября Cook Political Report. По данным Американской ассоциации автомобилистов (ААА), средняя стоимость дизеля в США на 1 октября достигла $6,38 за галлон, что ниже рекорда 21 сентября в $6,52, но все равно выше психологической отметки в $6, впервые преодоленной 10 сентября.
Рост цен на дизель в США в 2026 г. начался в марте из-за операции против Ирана. Помимо этого фактора и сентябрьских атак союзных иранцам йеменских хуситов по ТЭК Саудовской Аравии на Красном море цены подогрел запрет России на экспорт дизельного топлива. Он введен после усиления летом ударов ВСУ по российскому ТЭКу. Трамп в сентябре предлагал организовать ради охлаждения цен на дизель «энергоперемирие» Москвы и Киева, несколько раз безосновательно заявив об их согласии на это. А 30 сентября назвал конфликт главным фактором, подействовавшим на цену дизтоплива.
28 сентября, публично признав обсуждение запрета экспорта дизеля, Трамп допустил в комментарии Fox News, что он может привести к «некоторому повышению стоимости бензина для автомобилей»: «Так что мы крайне серьезно это изучаем, мы можем это сделать». Средняя цена на бензин в США, хотя и не достигла рекорда в $5,01 за галлон 5 июня 2022 г. в период президентства Джо Байдена, сейчас аномально высока. Согласно ААА, на 1 октября она составила $4,41. О риске цепной реакции в случае запрета экспорта американского дизеля предупредили в тот же день и аналитики Wood Mackenzie в своем докладе.
Для мирового рынка, находящегося в непростой ситуации, несмотря на постепенное восстановление поставок нефти с Ближнего Востока, запрет на экспорт дизтоплива стал бы дополнительным шоком, поскольку поставки нефтепродуктов не восстановились – в том числе из-за прекращения экспорта Россией, указывает аналитик ФГ «Финам» Сергей Кауфман. В преддверии выборов желание Трампа хоть как-то сбить цены на дизель и бензин выглядит понятным, отмечает эксперт.
По данным американского Управления энергетической информации (EIA), экспорт из США дизельного и печного топлива в 2025 г. составил 1,25 млн барр./сутки, или 15% мирового экспорта (Россия обычно обеспечивает 10% – но эти объемы сейчас выпали) отмечает директор по исследованиям Института энергетики и финансов Алексей Белогорьев. Основа экспорта США, как и России, – дизель «евро-5» и выше; в 2025 г. его отгружалось 1,081 млн барр./сутки, а за январь – июль 2026 г., по данным EIA , – 1,28 млн барр./сутки (+24,5% к 2025 г.), или 26,5% от объема производства в США; рост экспорта за семь месяцев 2026 г. на 74% на фоне благоприятной конъюнктуры превысил объемы производства и обеспечил нынешнюю ценовую ситуацию в США, указывает эксперт.
С начала конфликта на Ближнем Востоке американские нефтяники пользуются конъюнктурой на мировом рынке, согласен Кауфман. Основной рынок дизеля для американских экспортеров – Латинская Америка (74% в 2025 г. и 65% в январе – июле 2026 г.), говорит Белогорьев. По словам эксперта, запрет экспорта из США в основном и ударит по этим странам – политически близким и критически значимым для Вашингтона в качестве поставщиков продовольствия. «Поэтому, если Трамп решится, для многих покупателей там сделают исключение. А значит, мировой рынок де-факто лишится не всего, а 40–50% экспорта США, или 7% мирового, что болезненно, но не так критично».
Для Европы это вряд ли хорошая новость, согласны эксперты. В условиях острого глобального дефицита доля США в импорте ЕС и Великобритании выше 50% и резкий спад или прекращение поставок повлечет дополнительный рост цен и использование запасов, согласен Белогорьев с Wood Mackenzie. Если ранее крупнейшим поставщиком дизеля в Европу была Саудовская Аравия, то теперь это Штаты, добавляет Кауфман. «Но высвобождение аварийных запасов топлива в ЕС неизбежно: когда источника дополнительного предложения для охлаждения роста цен на рынке не осталось», – говорит Белогорьев.
Однако эксперты считают вариант запрета экспорта дизеля американцами маловероятным. А сама идея расценивается как инструмент шантажа европейцев ради высвобождения их стратегических запасов для охлаждения рынков. По словам эксперта Финансового университета при правительстве России Игоря Юшкова, сценарий несет не меньшие издержки и риски, чем попытка решить вопрос с Ираном. Кауфман указывает, что последствия запрета перевешивают его потенциальные выгоды: для европейских союзников он станет резко недружественным шагом, вызвав острый дефицит, а в США заставит снизить переработку нефти и ударит по нефтяникам – самой платежеспособной части электората Трампа, а также по простым американцам.
