Меморандум о взаимопонимании между США и Ираном потерял для Тегерана свою актуальность уже через несколько недель после его подписания 18 июня. Об этом на брифинге заявил представитель иранского МИДа Эсмаил Багаи, комментируя 17 августа формальное окончание 60-дневного перемирия, отведенного для заключения ядерной сделки по американо-иранскому соглашению. За это время, отметил дипломат, переговорный процесс так и не запустился из-за грубого нарушения договоренностей со стороны американцев, поэтому продлевать режим прекращения огня не имеет смысла. Багаи также предупредил, что Исламская Республика не станет формировать свою политику в регионе под давлением или в условиях жестких сроков.
Американо-иранский меморандум также не привел к открытию Ормузского пролива. И хотя в преддверии окончания 60-дневного перемирия Багаи в интервью Press TV заявил, что представителям Ирана и Омана (основной переговорщик в этом вопросе) удалось согласовать карту судоходного маршрута через пролив, стороны до сих пор не договорились по некоторым чувствительным вопросам и не подготовили текст совместного заявления. А президент США Дональд Трамп вчера пообещал «разбомбить» Оман, если он заключит соглашение с Ираном.
С начала ближневосточного кризиса Тегеран настаивает на режиме прохода судов Ормузским проливом по заранее согласованному иранскими властями пути. Кроме того, руководство Исламской Республики увязывает полное восстановление там судоходства с прекращением США морской блокады Ирана, снятием санкций и выводом американских войск из региона.
В это же время газета The Wall Street Journal (WSJ) со ссылкой на арабские и иранские источники и американские разведданные написала, что вместо подготовки к мирным американо-иранским переговорам Тегеран использовал перемирие для приготовлений к широкомасштабным боевым действиям. По словам собеседников издания, иранские представители изначально сочли американо-иранский меморандум уловкой США и Израиля, чтобы ослабить давление на мировую экономику и выиграть время для более масштабной атаки на Иран.
В рамках подготовки к войне Тегеран, в частности, значительно увеличил производство ракет, беспилотников и повысил их точность, а также усилил разведывательную деятельность на Ближнем Востоке, пишет WSJ. Вместе с этим верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи существенно перестроил систему безопасности страны, назначив семь высокопоставленных представителей силового блока, чтобы они усилили вертикаль военного управления и внутренний контроль.
Чтобы сделать потенциальную вооруженную эскалацию для США более дорогостоящей, КСИР активизировал контакты со своими союзниками в Ираке, Ливане и Йемене. По данным WSJ, иранское военное командование, например, помогало йеменским хуситам размещать ракеты, пусковые установки на побережье Красного моря, а также предоставило им списки потенциальных саудовских стратегических целей для атак на случай эскалации. Кроме того, собеседники издания опасаются диверсий на подводных интернет-кабелях в Персидском заливе, а также иранских попыток спровоцировать внутренние беспорядки среди местного шиитского населения в Кувейте или Бахрейне (в последнем шииты составляют почти половину мусульманского населения).
Теоретически Иран способен серьезно эскалировать ситуацию на Ближнем Востоке, чтобы тем самым запугать США и сделать продолжение ими боевых действий максимально дорогостоящим, допустил младший научный сотрудник Центра изучения Ближнего Востока, Кавказа и Центральной Азии НИУ ВШЭ Илья Васькин. По его мнению, Тегеран во время перемирия тянул время перед потенциальным обострением конфликта. «К сожалению, опыт переговоров с американцами показал иранцам, что никакие договоренности с ними не защищают их от новых американских атак», – добавил иранист.
США и Иран фактически продолжают вялотекущие боевые действие, замечает старший научный сотрудник Центра анализа стратегий и технологий Юрий Лямин. С одной стороны, американцы продолжают морскую блокаду, с другой – иранцы атакуют суда, проходящие без разрешения Тегерана, но с сопровождением американского военного флота. «В этих условиях вероятность перехода от вялотекущей к острой фазе боевых действий при отсутствии прогресса в переговорах крайне велика. Тегеран, впрочем, полностью не отбрасывает дипломатические инструменты, но на всякий случай готовится к полномасштабной войне», – говорит аналитик.
Иран расширит масштабы боевых действий на Ближнем Востоке лишь в ответ на агрессивные действия США, полагает научный сотрудник Центра североамериканских исследований ИМЭМО РАН Алексей Юрк. Подобные действия, продолжает эксперт, иранцы теоретически могут предпринять лишь после потенциального американского десанта на иранской территории и ударов по критической гражданской инфраструктуре.
На новом витке противостояния США, очевидно, будут усиливать давление на покупателей иранской нефти, главным образом на Китай – основного ее потребителя, допустил Юрк. И хотя иранские энергоносители занимают сравнительно небольшой процент всего китайского нефтяного импорта, трудно предположить, что Пекин откажется от этих покупок. Во-первых, это не в его интересах, поскольку китайское руководство таким образом может потерять ценного ближневосточного партнера. Во-вторых, это может послужить ненужным прецедентом уступки американскому давлению, объяснил американист.
За четыре дня до окончания ближневосточного перемирия министр финансов США Скотт Бессент в эфире Newsmax анонсировал экономическую изоляцию Ирана на «беспрецедентном уровне». В рамках так называемой новой кампании Economic Fury («Экономическая ярость») американцы планируют ударить по иранским банковским счетам, криптокошелькам, а также по активам по всему миру, за счет которых иранское правительство осуществляет платежи, заявил министр. Вероятность новой вооруженной эскалации на Ближнем Востоке вызвала рост недовольства у арабских союзников США в регионе, писала за пару дней до истечения американо-иранского перемирия The Washington Post со ссылкой на арабских и западных чиновников. По их словам, власти некоторых региональных государств уже стали сомневаться в целесообразности дальнейшего размещения американских военных баз на территории этих стран. Определенным сигналом для США стало заключение 7 августа в саудовской Мекке оборонительного союза между Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном, рассказал изданию один из неназванных высокопоставленных европейских источников.
Спрогнозировать вероятность иранского удара по Саудовской Аравии сейчас крайне сложно, поскольку пока не известен функционал нового ближневосточного оборонительного союза, рассуждает Васькин. «Возможно, иранские власти учли этот фактор в процессе принятия военно-политических решений. Но опять-таки непонятно, насколько реален новый альянс и как соглашение будет соблюдаться на практике. Мне кажется, [Иран] будет действовать осторожнее, планируя ответную реакцию на американские атаки», – говорит он.
Мекканское соглашение, скорее всего, не изменило подходов Тегерана на ближневосточном направлении, считает Лямин. Он напомнил, что иранская армия еще в прошлом году наносила удары по целям в Саудовской Аравии, несмотря на саудовско-пакистанский военный союз. И присоединение к ним Турции вряд ли серьезно изменит восприятие иранцев, добавил военный эксперт.
