20 июня 1966 г. президент Франции генерал Шарль де Голль прибыл в СССР. Этот визит стал самым продолжительным из всех зарубежных поездок главы Пятой республики: он вернулся на родину только 1 июля. За это время французский лидер посетил Москву, Новосибирск, космодром Байконур, Ленинград, Киев и Волгоград.
Незадолго до поездки Шарля де Голля в СССР парижский сатирический еженедельник Le Canard Enchaine не удержался от колкой шутки: в одном из номеров издание перепечатало статью о президенте из Большой советской энциклопедии 1952 г.
В ней, среди прочего, говорилось: «Голль, Ш. де (р. 1890) – французский реакционный политический деятель, генерал, руководитель фашистской партии «Объединение французского народа» <...> В 1920 г. участвовал на стороне Польши в советско-польской войне. <...> Во время советско-финляндской войны 1939–1940 гг. де Голль был одним из авторов преступного нападения на СССР. <...> Де Голль открыто призывает к установлению фашистской диктатуры, проча себя в диктаторы, и к войне против Советского Союза».
Однако к моменту приезда генерала об этой энциклопедии в СССР уже не вспоминали. Президента Пятой республики приветствовали так, как не встречали даже ближайших союзников. Накануне все газеты перепечатали статью ТАСС. Де Голля превозносили как сторонника мира и патриота Франции, сообщал корреспондент издания L’Express.
В кинотеатрах вместо традиционных для годовщины нападения Германии на СССР военных фильмов показывали французские комедии и приключенческие картины: «Папа, мама, служанка и я» (1954), «Железная маска» (1962), «Три мушкетера» (1961).
На предприятиях отбирали добровольцев, которые хотели приветствовать высокого гостя, – их расставили вдоль улиц с флажками. По словам журналиста L’Express, людей не принуждали участвовать в мероприятии, а число желающих оказалось почти рекордным: по уровню популярности де Голль уступал разве что космонавтам и президенту Египта Абделю Нассеру.
20 июня 1966 г. президентский самолет, сопровождаемый советскими реактивными истребителями, приземлился в аэропорту Внуково. Для встречи де Голля, его супруги Ивонны, сына Филиппа, министра иностранных дел Мориса Кув де Мюрвиля и других членов делегации прибыли председатель президиума Верховного совета Николай Подгорный и председатель Совета министров Алексей Косыгин. Зарубежных гостей приветствовал почетный караул трех родов войск, прогремел 21 артиллерийский залп. Высокопоставленного гостя поселили в Кремле.
L’Express отмечал, что в СССР, где каждый жест строго регламентирован, подобный прием обычно оказывали лишь лидерам «братских стран» – и де Голль об этом знал. Схожего мнения придерживался и журнал The New Yorker: «Такого приема не удостаивался ни один глава иностранного государства – даже руководители социалистических стран».
Голлевская Франция стремилась утвердиться в качестве независимой державы, объясняет французское интернет-издание Parlons Politique. Де Голль отстаивал простую идею: страна должна выстраивать диалог, как с Востоком, так и с Западом, не ограничиваясь рамками различных блоков и альянсов.
Еще в 1958 г. политик начал дистанцироваться от НАТО, постепенно выводя французские вооруженные силы из подчинения альянса. Окончательный разрыв с блоком произошел в 1966‑м – полноценное членство восстановил лишь Николя Саркози в 2009‑м.
Де Голль пытался выстроить тонкий баланс между Востоком и Западом, чтобы добиться лидерства Франции в Западной Европе и сдерживать Западную Германию с помощью стимулов и угроз, писала в 1966 г. The New York Times. Диалог с СССР, подразумевавший намек на возможный будущий альянс в случае усиления Германии, являлся угрозой.
Сам генерал отмечал, что НАТО и американское оружие служили прекрасной защитой от СССР – до тех пор, пока тот не создал собственную ядерную бомбу. В условиях ядерного паритета, опасался де Голль, Европа рисковала превратиться в поле боя или стать разменной монетой в случае сговора двух сверхдержав. Именно поэтому он считал необходимым выстраивать отношения с Советским Союзом автономно в рамках концепции «Европа от Атлантики до Урала».
Переговоры между делегациями стартовали уже в первый день визита. Западные корреспонденты обратили внимание на символический жест: двери, через которые входили участники, распахнулись абсолютно одновременно, подчеркивая равный статус гостей и хозяев.
Обсуждение началось с вопросов политики в отношении Восточной Германии, и атмосфера в зале поначалу оказалась несколько напряженной. В последующие дни (двери снова открывались синхронно) в центре внимания была экономика и переговоры шли явно спокойнее. Иностранные гости жаловались, что СССР слишком мало закупал у Франции, Косыгин парировал – французские товары слишком дороги.
Тем временем в прессу стали просачиваться новости: фирма Chausson заключила с СССР контракт на поставку оборудования для штамповки кузовов автомобилей, а переговоры с Renault близятся к завершению.
20-22 июня де Голль провел в Москве. Французский журнал Paris Match шутил: «В первый раз после Великого пожара 1812 г. [французский] триколор развевается над Кремлем». Сам генерал был более дипломатичен. В одной из речей, вспоминая войну с Наполеоном, он говорил о ней как о «времени действия романа «Война и мир». Имя корсиканца он вслух не произнес.
Помимо переговоров де Голль осмотрел столицу, посетил МГУ, побывал на спектакле «Ромео и Джульетта» на музыку Сергея Прокофьева в Большом театре, выступил с речью перед москвичами с балкона Моссовета. Французскому президенту заранее сообщили, что последний, кто выступал с этой трибуны до него, был Владимир Ленин – это произошло в 1922 г.
Особенностью выступлений французского лидера стало то, что он неизменно завершал свои речи на русском языке, чем неизменно вызывал восторг собравшихся. К примеру, в Ленинграде он продекламировал отрывок из «Медного всадника» Александра Пушкина: «Красуйся, град Петров, и стой неколебимо, как Россия».
23 июня де Голль отправился в Новосибирск. Гостя разместили в деревянном доме на берегу Оби. Специально к приезду французской делегации Совет министров СССР принял постановление, исключающее Новосибирск из списка городов, закрытых для посещения иностранцами.
Сначала французам продемонстрировали промышленный потенциал Новосибирска, включая завод «Сибэлектротяжмаш», а затем научный – в Академгородке. Де Голль стал первым главой зарубежного государства, посетившим это место. Нашлось место и для культурной программы: гостям показали балет «Каменный цветок» на музыку Сергея Прокофьева.
25 июня президент Франции прибыл на один из самых секретных объектов СССР – 5‑й научно‑исследовательский испытательный полигон Минобороны, ныне известный как космодром Байконур. Ради конспирации перед визитом изменили название города на стеле при въезде: на несколько дней «Ленинск» превратился в «Звездоград». Де Голлю продемонстрировали пуски ракет: на орбиту вывели спутник «Космос‑122», а боевые ракеты Р‑16У успешно поразили учебные цели на расстоянии, сопоставимом с дистанцией до Вашингтона.
26 июня маршрут де Голля пролегал в Ленинград, где его ждала обширная программа. Президент посетил Эрмитаж, завод по производству турбин им. XXII съезда КПСС, присутствовал на мессе в костеле Лурдской Божьей Матери, а также побывал на Пискаревском кладбище, где похоронены погибшие во время блокады.
Вечером 27 июня генерал оказался в Киеве. В своей речи он затронул тему исторических связей Франции с Киевской Русью, напомнив, что дочь Ярослава Мудрого, Ярославна, стала королевой Франции, выйдя замуж за короля Генриха I.
На следующий день де Голль вылетел в Волгоград. В выступлении он поделился воспоминаниями о первом визите в этот город в 1944 г., когда тот еще лежал в руинах. На следующий день французский гость посетил Волжскую ГЭС – в то время крупнейшую в Европе, – после чего вернулся в Москву. В столице он присутствовал на военных учениях в Гвардейской Таманской дивизии, а оставшиеся дни визита были посвящены переговорам и подписанию итоговых документов.
Еще в декабре 1944 г., будучи председателем временного правительства Французской республики, де Голль провел переговоры с Иосифом Сталиным. Маршрут визита был спланирован так, чтобы добираться до Москвы через Баку с остановкой в Сталинграде (современном Волгограде). Итогом стало подписание Договора о союзе и военной помощи между Советским Союзом и Францией. Но начало холодной войны сделало его фактически бесполезным, а в 1955 г. он был аннулирован президиумом Верховного совета СССР.
Визит де Голля в СССР в 1966 г. наделал много шума. Американский еженедельник The New Yorker называл его «триумфом французов», а британская газета The Times – «потенциально самой важной дипломатической поездкой послевоенного мира».
Предыдущим западным политиком сопоставимого масштаба, посетившим СССР, был премьер-министр Великобритании Гарольд Макмиллан в 1959 г. Но его поездка проходила в разгар холодной войны: Макмиллан прибыл, чтобы попытаться преодолеть дипломатический тупик, возникший из-за кризиса вокруг Западного Берлина. В отличие от этого, визит де Голля пришелся на период разрядки международной напряженности.
Поездка французского лидера имела во многом символическое значение. Министр иностранных дел Франции Кув де Мюрвиль заранее предупредил депутатов Национального собрания, что планируются соглашения в сфере культуры, науки, космоса и экономики, а также заключительное коммюнике о совместных усилиях по нормализации отношений. При этом он подчеркнул, что «захватывающих соглашений» ожидать не стоит. «Русские очень мало получили от де Голля, если не считать протянутой руки дружбы и набора высказываний о том, как должна развиваться Европа», – соглашался после завершения визита американский журнал The Atlantic.
Тем не менее был заключен ряд отраслевых соглашений. Одно из ключевых касалось сотрудничества с компанией Renault: она участвовала в модернизации завода «Москвич» и в создании Камского автомобильного завода (КамАЗ).
L’Express утверждала, что Советы предложили запустить на своем ракетоносителе любой французский спутник в любое время и бесплатно. Но это было невозможно: французские спутники содержали американские комплектующие, из‑за чего их отправка в СССР была запрещена. К тому же Франция активно развивала общеевропейскую космическую программу. В итоге стороны подписали 10‑летнее рамочное соглашение. Интересно, что уже в 1970 г. на аппарате «Луноход-1» стоял французский лазерный отражатель.
Сотрудничество двух стран в космической сфере началось задолго до этого. Например, первой совместной вехой стала экспериментальная цветная телепередача из Москвы в Париж через советский спутник связи «Молния‑1». Впоследствии партнерство продолжало расширяться: в 1982 г. французский космонавт Жан‑Лу Кретьен совершил полет на борту орбитальной станции «Салют‑7».
Президент Жак Ширак (возглавлял Францию в 1995-2007 гг.), говоря о дальнейшем развитии заключенных во время визита де Голля деловых соглашений, подчеркивал: «Во многих областях эта поездка позволила начать реализацию крупных проектов сотрудничества, эффект от которых ощущается до сих пор».
Важнейшим политическим итогом визита стало подписание 30 июня 1966 г. советско‑французской декларации о принципах отношений, получившей название «Декларация разрядки». Этот документ стал одной из первых попыток создать модель взаимодействия между государствами с разными политическими и экономическими системами. Два принципа, закрепленные в декларации, позднее вошли в Хельсинкский акт 1975 г.: невмешательство во внутренние дела друг друга и уважение государственного суверенитета.
Аналитический центр L’Observatoire отмечает: на первый взгляд может показаться, что визит де Голля был лишь ярким, но кратким эпизодом в драматической истории холодной войны. Однако без этого и ряда других шагов навстречу друг другу последующие события имели бы серьезный шанс перерасти в глобальную ядерную войну.
