Угроза опасности атаки беспилотников и ракет стала частью повседневности россиян. Ее объявление может застать в любое время суток и в совершенно разных условиях: дома, на улице, на открытой местности, в транспорте. Когда паника парализует, а безразличие усыпляет бдительность, знание правил и ответственность – за себя, родных и иногда даже окружающих незнакомцев – становятся лучшими регуляторами поведения в стрессовых ситуациях. Они спасают не одну жизнь, в то время как бездействие может унести сразу несколько. Чтобы обобщить опыт реагирования на атаки, «Ведомости» поговорили с председателем Российского Красного Креста (РКК) Павлом Савчуком и директором Центра экстренной психологической помощи МЧС России Юлией Шойгу. В интервью они рассказали, где лучше укрыться, как оказывать первую помощь, и, что самое главное, объяснили, как на практике реализовать всем известный тезис «не впадать в панику».
Павел Савчук: Мы говорим о правилах поведения не для того, чтобы нагнетать панику и запугивать людей. Наша цель ровно противоположная – приобретение спокойного знания. Если в стрессовой ситуации человек хотя бы примерно понимает алгоритм действий, он не впадает в ступор, не действует хаотично, не наносит еще большего ущерба себе и людям, которые его окружают, и не подвергает риску свое здоровье и своих близких. Знание работает как система ориентации в шторм: пока другие теряются, ты понимаешь, куда двигаться и за что держаться, пока другие паникуют и в стрессе, ты готов ко всему. Это почти как обучение навыкам оказания первой помощи: можно никогда не перевязывать рану, но знать, как это делать, надо.
За последние несколько лет приграничные региональные отделения РКК приобрели практический опыт. Сотрудники и волонтеры регулярно выезжают в приграничные районы, работают непосредственно на местах происшествий, оказывают адресную помощь пострадавшим жителям. Поэтому сегодня мы опираемся на методические материалы МЧС России и приобретенные знания наших реготделений.
П. С.: Существует несколько методов оповещения населения: sms-рассылка, сирена, а также объявления по телевизору, радио и, например, в чатах МЧС и администрации города. Здесь не надо ждать, что называется, тройного совпадения в виде эсэмэски, сирены и оповещения. Даже если есть хотя бы один из этих элементов, нужно предпринимать четкие действия.
Если человек находится дома, первое, что нужно сделать, – немедленно отойти от окон. При атаке есть высокий риск ранения именно так называемыми вторичными осколками (то, что не является частью боеприпаса). Это могут быть осколки стекол, баннера, легкой стены, перекрытия или перегородки. Их нельзя опередить, от них нельзя убежать. При объявлении опасности атаки важно перейти в защищенное место. Это может быть подвал, погреб, подземный паркинг в многоквартирных домах. Спускаться к укрытиям необходимо только пешком по лестнице и ни в коем случае не пользоваться лифтом.
Этот алгоритм действий носит общий характер. Понятно, что ситуации бывают разные: например, пожилой человек живет один на 16-м этаже и лифт в доме выключен. Ему физически тяжело будет спуститься по лестнице. В таком случае лучше будет занять наиболее защищенное место в квартире. Им может быть помещение без окон: ванная и кладовка. Наиболее безопасно в таком укрытии – сесть.
Мы немного утрируем ситуацию и говорим про большое количество элементов и мер защиты. В каких-то случаях это может быть излишне, но понятно, что всегда нужно действовать по ситуации. Мы даем общий набор мер и рекомендаций.
У каждого из нас должен быть тревожный набор на случай перемещения, например, в паркинг или подвал. Нужно взять с собой деньги, телефон, пауэрбанк, зарядку, ноутбук, документы, лекарства – особенно для тех людей, которые страдают хроническими заболеваниями.
П. С.: Самое защищенное место дома – это место с несущими стенами. В идеале при укрытии должно соблюдаться правило двух несущих стен из твердого, надежного материала: чтобы между вами и внешней частью здания, было минимум две таких стены. Это повод вспомнить, какие дома стены между комнатами. Если, например, гипсокартонные, они не подойдут для того, чтобы укрыться от опасности.
Если опасность атаки ракет или БПЛА застала человека на улице, он должен зайти в ближайшее капитальное здание – оборудованное укрытие, подземный переход, парковку – либо в помещение, которое не сделано из тонкого металла. Ларьки и павильоны для этого не подходят. Если вы находитесь в автомобиле или общественном транспорте, нужно как можно быстрее выйти из него и укрыться в ближайшем капитальном строении.
Вопрос наполнения аптечки, которая должна быть в быстром доступе, крайне важен. В ней обязательно должны быть предметы для оказания первой помощи: перевязочные материалы, бинты, салфетки, антисептики, жгуты, перчатки. Это недорогостоящие медицинские изделия, которые влезут в любую сумку. То есть аптечка не должна состоять только из лекарств, которые вы лично используете.
П. С.: Хорошее укрытие в помещении – это подготовленное укрытие, подвал, погреб, цокольный этаж, подземный паркинг. В квартире безопасным местом является ванная комната, туалет, коридор, кладовая. Специалисты МЧС советуют прятаться как минимум за второй капитальной стеной от улицы. Иногда бывает правильно выйти в подъезд из квартиры. В случае если обстрел слышен прямо рядом, нужно стараться перебежать в подвал.
Категорически нельзя прятаться под какими-либо автомобилями – как легковыми, так и грузовыми. В них есть топливо, которое имеет очень высокую степень горючести. Не надо укрываться под стенами многоэтажек, магазинов с длинными витринами и панорамными окнами. Стекло может нанести ущерб здоровью человека. Безопасное расстояние от таких зданий – не менее 30–50 м. Киоски, ларьки, павильоны, баннерные рекламные конструкции тоже не являются элементами защиты. Они тонкие и очень легкие: могут нанести вред.
П. С.: Если вы оказались на абсолютно открытой местности, – по сути, в чистом поле, – нужно искать места с измененным рельефом местности. Это может быть яма, канава, ров, овраг. Надо лечь в это углубление либо за бордюр и закрыть голову руками.
П. С.: Это одна из самых опасных ситуаций. Любопытство, которое есть в каждом человеке, может сыграть злую шутку и стоить жизни. Если вы увидели беспилотник в небе, ни в коем случае не надо пытаться его сбить или поймать, смотреть и ждать, что будет с ним происходить. Необходимо немедленно покинуть зону, в которой вы находитесь и его видите, укрыться за зданием, в подворотне, под кроной дерева. Если мы чего-то не видим, то, скорее всего, это что-то тоже не видит нас. Находясь на открытой местности в местах, где есть опасность применения БПЛА, критически важно быть внимательным и следить за окружающей обстановкой.
В момент, когда беспилотник был замечен, надо сообщить о нем по номеру 112. Информация, которую вы сообщите, может быть очень полезной и спасти жизнь другим людям. Расскажите о том, где вы находитесь, сообщите свои персональные данные: фамилию, имя, отчество, ваш номер телефона. А также время, место обнаружения БПЛА, характер его полета и примерное направление.
Часто людям кажется: зачем звонить в экстренные службы – наверняка уже кто-то им сообщил о БПЛА. Проведу аналогию с первой помощью. Мы идем по улице, замечаем лежащего человека, и нам кажется, что кто-то точно уже вызвал скорую. Но не надо полагаться на авось. Здесь нужно по-настоящему проявить бдительность и лучше позвонить по 112. Каждый звонок, пусть и по одному и тому же случаю, помогает экстренным службам лучше понять ситуацию, собрать полную картину.
П. С.: Во-первых, не приближаться к ним и не трогать. Не пытаться их взять себе как сувенир, поднять, разобрать, посмотреть, что там снизу и сбоку, перетащить куда-то. Не надо подходить к ним. Безопасное расстояние здесь не менее 100 м. Лучше зайти за какую-то надежную преграду. Это, к примеру, угол дома с хорошей бетонной стеной. Окон рядом быть не должно.
Нужно предупредить окружающих об опасности. Обязательно вызвать экстренные службы, указав точное местоположение обломков. Особенно важно проконтролировать, чтобы туда не подходили дети – их любознательность превышает все границы. Кто-то начинает делать фото и видео, но тут самый главный вопрос опять же безопасность людей. Между зрелищностью и собственной жизнью нам бы очень хотелось, чтобы люди выбирали жизнь, думали о себе и об окружающих.
П. С.: Все ситуации индивидуальные. Каждый должен понимать для себя, что достойно риска, а что нет. Универсальным советом будет отойти на безопасное расстояние, вызвать спасателей, позвонить в экстренные службы. Важно обязательно и беспрекословно выполнять рекомендации и требования спасательных и специальных служб.
Если человек владеет навыками оказания первой помощи и рядом с ним, в его квартире находится человек, которому она нужна, нужно ее оказать. При этом рваться в эпицентр и зону поражения неправильно. Главное правило при оказании первой помощи, о котором мы всегда говорим, – нужно убедиться, что зона, в которую вы идете, безопасна. При оказании первой помощи наложите жгуты, давящие повязки при сильных кровотечениях. Не надо извлекать осколки из ран. Дожидайтесь приезда скорой помощи.
Если можно покинуть дом, лучше это сделать. Если это сделать нельзя, лучше использовать самое защищенное место в квартире. Повторюсь: это помещение без окон, где есть бетонные стены, лучше – две. Необходимо сесть на пол, пригнуться или прилечь, закрыть голову руками.
При возгорании необходимо подручными средствами защитить органы дыхания и сразу вызвать спасателей по номеру 101 или 112. Небольшое возгорание, если это возможно, потушите сами, перекройте газ.
П. С.: Самое правильное – уйти подальше из этого места и вызвать экстренные службы. В таком случае очень сложно дать конкретную инструкцию. Оценку ситуации могут дать только специалисты – экстренные службы, специалисты по детонации. Лучше просто руководствоваться здравым смыслом и здравой логикой. Нужно всегда понимать, сколько людей находятся у вас дома и где конкретно, чтобы никого не забыть при эвакуации. Это важное знание, на которое иногда мы не обращаем внимания. Рядом с беспилотником нельзя использовать телефон или радио. Если вы хотите вызвать экстренную службу, не надо это делать рядом с БПЛА, нужно отойти на безопасное расстояние.
П. С.: Первое правило – не ходите по опасным районам (как, например, приграничье в Курской области). Нужно прежде всего ориентироваться на рекомендации муниципальных властей, экстренных служб, которые сообщают, безопасно находиться в населенном пункте или нет. Если вы знаете, что совсем недавно какое-либо место было небезопасным, лучше туда не ходить.
Для всех остальных городов и регионов можно озвучить одно очень простое правило: не поднимайте то, что сами не роняли. Если предмет кажется вам подозрительным по какой-то любой причине, его нельзя трогать, возле него нельзя использовать мобильный телефон. Нужно отойти на безопасное расстояние и с него вызвать экстренные службы.
В Курской области мы проводим отдельную обучающую программу по минной безопасности. Она встроена в структуру массового обучения первой помощи. В прошлом году только в регионе ее прошло более 7000 человек, в этом году – уже 2000 человек. Мы очень надеемся, что эти знания людям никогда не пригодятся, но опять же нужно быть готовыми к любому развитию ситуации.
П. С.: Самые первые действия должны быть направлены на оценку ситуации: безопасно ли нам находиться там, где все произошло. Следующие шаги – остановка кровотечений и скорейшее перемещение пострадавшего в безопасную зону, если это возможно. Большинство поверхностных кровотечений можно просто сильно зажать рукой, в идеале – наложить давящую повязку. Это может сделать сам человек, если он способен на это, либо тот, кто находится рядом с ним, но тогда обязательно нужно использовать перчатки.
Необходимо вызвать скорую помощь, в особенности если ранение серьезное и кровь долгое время не останавливается. Можно провести беглый осмотр: посмотреть, все ли кровоточащие раны вы нашли. Бывают ситуации, когда мы не замечаем все ранения. Все такие кровоточащие раны должны быть перевязаны.
Главное правило первой помощи – не навреди. Прежде чем приступать к ее оказанию, нужно четко понимать пределы своих компетенций и знаний. Важно сохранять собственную безопасность: физическую и психологическую. Только убедившись, что ситуация безопасна для вас, окружающих и пострадавшего, можно переходить к активным действиям.
Мы должны понимать, что помощь, возможно, придется оказывать в непростых условиях. Это может быть шум, треск, вой сирен, это может быть ночь, лес, поле или двор. Люди рядом могут кричать, вопить, плакать. Поэтому психологическая готовность здесь очень важна, т. е. готовность действовать в стрессовой обстановке.
Как бы ярко и подробно мы все ни рассказали, недостаточно просто прочитать наше с вами интервью. Знаниям, о которых я сказал, невозможно научиться по интернету. Их нужно отрабатывать на практике. Только отработав десятки раз на практике наложение давящей повязки, мы можем сказать, что мы умеем это делать.
РКК уделяет большое внимание практической подготовке к оказанию первой помощи. Это одна из ключевых целей в нашей стратегии – чтобы до 2030 г. в каждой семье был один человек, который умеет оказывать первую помощь. По сути, это 30% населения нашей страны. Это значит, что, если с кем-то что-то случится на улице, рядом среди трех всегда будет человек, который умеет оказывать первую помощь.
По всей стране мы проводим просветительские мастер-классы для взрослых и детей, обучающие тренинги. Есть и полноценные обучающие курсы: на 8 часов и на 16 часов. Я призываю не откладывать обучение первой помощи в долгий ящик.
Культура оказания первой помощи – это не только про себя, это про все наше общество. Здесь знание, которое я получаю, – это, как говорят, «за себя и за того парня». Очень хочется, чтобы навыки первой помощи не зависели ни от сезонности, ни от времени и моды. Это должно быть знание, которое равносильно нашей привычке чистить зубы каждый день. Умение оказывать первую помощь должно быть нормой нашей жизни.
П. С.: Эта реакция типична для всех чрезвычайных ситуаций (ЧС). Острые стрессовые реакции могут проявляться совершенно по-разному – как шок, ступор, оцепенение, неконтролируемая паника или агрессия, гипервозбуждение. Основная задача первой психологической помощи – вернуть человеку базовое чувство безопасности, восстановить контроль над своим телом, над эмоциями. Важно понимать, что острые стрессовые реакции, в отличие от самого ранения, возникают как у пострадавшего, так и у любых людей, которые увидели происшествие. Поражающий радиус воздействия может быть совершенно разный. Мы никогда не предугадаем, сколько человек будет испытывать острые стрессовые реакции во время ЧС.
Первая психологическая помощь оказывается сразу после травмирующего события, она является частью всем знакомой первой помощи и строится на трех главных компонентах: смотри, слушай и перенаправляй. Ее может оказать любой обученный человек или волонтер. Цель – не лечить, не давать лекарства, а стабилизировать, успокоить, дать опору.
Ключевой принцип для психологов и для тех, кто помогает, – оценить ситуацию на предмет опасности, т. е. дать оценку обстановке, при необходимости отойти в безопасное место.
Человека не надо оставлять одного. Его нужно внимательно выслушать, не перебивая, помочь ему самыми насущными потребностями. Дайте ему возможность выплеснуть свои эмоции, не заставляйте его замолчать или быть тише, если он, например, кричит или громко плачет.
Не давайте ложных обещаний вроде «все будет хорошо, я точно об этом знаю» или «все наладится». Мы не можем предугадать, как дальше будет развиваться ситуация. Ни в коем случае не говорите человеку, который потерял своего близкого, «я тебя понимаю». Если, конечно, вы сами не пережили такую же ситуацию. Вы этого человека не понимаете. Не надейтесь, что сможете подобрать какую-либо удачную фразу. Многие читатели наверняка ожидают, что она здесь прозвучит и поможет, как тумблер, переключить состояние пострадавшего. Такой фразы нет.
Нужно обладать должным уровнем эмпатии и эмоционального интеллекта, чтобы выслушать человека, научиться его слышать и слушать, дать возможность выговориться. Возможно, положить ему руку на плечо или просто посидеть с ним рядом, если он не готов разговаривать. Можно сказать: «Мне трудно представить, что ты чувствуешь, но я буду рядом с тобой. Скажи, чем я могу тебе помочь?» Может быть, он попросит попить воды. Какое-либо первое действие от него – это уже хорошо. Дальше нужно наблюдать, готов ли он к контакту. Если да, можно с ним поговорить. Если не готов, не нужно его трясти и заставлять поговорить.
После того как вы посмотрели, оценили ситуацию, поговорили, выслушали человека, будет корректно его направить к специалисту, который или находится рядом, или, например, на горячую линию.
Каждый из нас когда-то делал все то, что я сейчас перечислил. Мы так или иначе оказываем эту помощь своим близким и знакомым. Нас никто этому не учил. Но на специализированных мастер-классах можно подробнее узнать, как оказывать первую психологическую помощь.
Не нужно стесняться обращаться за помощью – например, на горячие линии МЧС, РКК или любой другой организации. Нет ничего страшного, если вы обращаетесь к психологу. Вы же не стесняетесь того, что вы обращаетесь к стоматологу? Или идете стричься? Обращение к психологу должно быть чем-то рутинным, если вы ощущаете, что вам неспокойно.
Юлия Шойгу: Верно будет разделить правила безопасного поведения на два случая: что делать, когда мы только узнали о риске или опасности, и что делать, когда опасность стала реальной. В универсальных правилах безопасного поведения алгоритм формулируется следующим образом: предвидеть опасность, по возможности избежать ее и при необходимости действовать. Это три шага, которые подходят к любым рискам и любым опасностям и дают ответ, как действовать, чтобы чувствовать себя уверенным в нашем неспокойном, очень изменяющемся мире. Чем больше опасность, чем больше риск, тем более развернутыми и более подробными станут наши действия. Чем больше опасность, тем больше усилий нужно приложить для того, чтобы сделать свою жизнь более благополучной и безопасной.
Если говорить про ракетную и беспилотную опасность, главное и первое, что можно сделать, – предвидеть ее. Мы знаем о том, что такой риск есть, он не так давно появился в нашей жизни. Необходимо ознакомиться с правилами по безопасности и памятками о том, как себя вести. Желательно не просто ознакомиться, а переложить рекомендации на свою повседневную жизнь – представить, как можно действовать в определенных обстоятельствах. В этом случае могу адресовать к сайту МЧС России, где есть раздел «гражданская оборона» и «безопасность населения».
Тезис про возможность избежать опасности говорит нам: не нужно игнорировать предупреждения о ней. При получении сигналов опасности нужно регулировать свое поведение, вносить коррективы в повседневную жизнь. А при необходимости еще и действовать и применять на практике те знания, которые были получены, – как правильно укрыться, что взять с собой, если уходишь в укрытие. Само по себе это знание во многом помогает людям действовать целесообразно в критической ситуации. И конечно же, во всех памятках, которые вы встретите, будет тезис «не поддавайтесь панике».
Ю. Ш.: Да, нам часто ваши коллеги и просто интересующиеся темой люди задавали вопросы: что делать, чтобы не паниковать? Как сделать так, чтобы собраться в нужный момент? Как предпринять все необходимые действия для того, чтобы спасти себя и окружающих?
Психологическая поддержка, включенная в первую помощь, как раз помогает нам находиться в оптимальном состоянии – когда мы можем не паниковать, а действовать. Для того чтобы уметь действовать в критической ситуации, к ней нужно подготовиться заранее. Это не значит, что нужно проходить очень сложные курсы обучения, получать специальное образование. Это значит, что нужно знать об опасности, рисках и о том, что делать. В критической ситуации это знание не возьмется из ниоткуда.
Люди, пережившие опасную, сложную ситуацию, часто говорят такие фразы: как будто вся жизнь пролетела перед глазами, как будто время растянулось, как будто внутренний голос мне подсказал, что делать. Это показатель того, что в критической ситуации наша психика очень пытается нам помочь. Она дает ощущение, что время растягивается и есть возможность принимать решение. Она подбрасывает нам что-то самое близкое к этой критической ситуации – то, что мы знаем о ней.
Приведу пример, который мне рассказала женщина, попавшая в автокатастрофу. За мгновение до ДТП она поняла, что столкновение неизбежно, и первое, что она вспомнила, – памятку в самолете, как правильно группироваться. Память ей подсказала самое близкое к ситуации. Поэтому, чтобы внутренний голос нам мог что-то посоветовать и подсказать, его нужно заранее снабдить необходимыми инструкциями.
Второй важный тезис – саморегуляция. Это целый блок универсальных навыков – например, умение правильно дышать в стрессовой ситуации. Самый простой подход – медленное, ровное дыхание со свободным вдохом и пролонгированным выдохом. Часто, когда люди начинают ему учиться, кажется, что это почти не работает. На самом деле это хороший способ, но лучше отработать его в спокойной и безопасной обстановке.
Другой блок навыков, который позволяет помочь себе в трудной ситуации, – способы, позволяющие сконцентрировать внимание на чем-нибудь. Если мы концентрируемся на какой-то одной мысли или идее, остальные становятся для нас гораздо менее значимыми. Если мы сможем сконцентрироваться в опасной ситуации на тех действиях, которые нам нужно сделать, или просто переключить свое внимание с ощущения неизбежной опасности и катастрофы на какую-то другую мысль и идею, будет гораздо проще успокоиться.
Ю. Ш.: Очень важно корректно и правильно установить контакт, для того чтобы помочь человеку прийти в себя теми же самыми принципами и приемами, о которых я сказала. Например, предложить сделать несколько дыхательных упражнений или сконцентрироваться на какой-то другой мысли или идее. Важно, чтобы этот человек нас услышал.
Ю. Ш.: В экстремальной психологии есть такой термин: вторично пострадавший, или вторичные жертвы. Это люди, у которых ничего не произошло, но переживание страха, тревоги, паники и ужаса возникает именно из-за очень сильного погружения в тему.
Эту задачку можно разделить на две. Первая и самая быстрая задача – уже очутившись в этом состоянии паники и тревоги, сделать так, чтобы было легче. В этом помогут техники дыхания и концентрации внимания – они самые распространенные и простые в освоении. Если приступ тревоги уже случился, нужно любыми способами от него отвлечься – например, заняться каким-то домашним делом, почитать статью, не посвященную тому, что тебя тревожит, приготовить обед, пойти погулять, посчитать все белые машины, которые встретились на пути. Сконцентрироваться на дыхании и на своих телесных ощущениях, попытаться отпустить чувство тревоги. Эти средства работают как скорая помощь.
Вторая часть – как не попадать в замкнутый круг, который затягивает нас в тревогу. Мы заглядываем в новости, в социальные сети, читаем сообщения на тревожащую нас тему, все больше погружаемся. И соответственно, все больше тревожимся и заставляем себя больше потреблять информации на эту тему. Человек оказывается в цифровом пузыре тревожащих сообщений. В долгосрочной перспективе нужно попытаться в этот пузырь не попадать, что значит соблюдать правила информационной гигиены. Они довольно простые, но требуют определенной дисциплины.
Если мы говорим о потреблении тревожащего контента, первое, что нужно сделать, – ограничить себя по времени и по яркости этой информации. Нужно определить себе время, когда ты читаешь новости, а в другое время в них не залезать. Чтобы было проще, в промежутках между чтением новостей нужно загружать себя важными и полезными делами. По яркости нужно предпочесть информационные сообщения красочным репортажам, текстовый формат – ярким видеосюжетам.
Очень важно понять, из каких источников мы черпаем информацию. Мы рекомендуем выбрать 2–3 информационных источника, которым человек доверяет, и ограничиться чтением именно их.
Обязательно нужно расширять свой информационный пузырь: не ограничиваться чтением только информационных материалов, но и обращать внимание на то, что приносит радость и удовольствие. Это, например, хобби, виды природы, рассказы о животных и т. д. Это важно для того, чтобы весь мир не казался одним сплошным очень опасным и тревожащим местом.
Ю. Ш.: Ваши друзья интуитивно следовали рекомендациям, которые я озвучила. Действительно, попытка переключить внимание близкого может быть эффективна в таких ситуациях. Но важно понимать: всегда очень сложно принимать решение за другого человека. Этого делать и не нужно. Очень здорово, когда отношения с потенциальным воображаемым близким человеком, о котором мы сейчас говорим, позволяют обсудить проблему. Разговор помогает облегчить состояние.
Человек все равно сам принимает решение – насколько он погружается в тревожащую информацию и соответствующее состояние. Задача людей, которые находятся рядом, – вовремя поддержать, рассказать о том, как ваше состояние выглядит с их точки зрения и чем оно может быть опасно. Возможно, порекомендовать обратиться к специалисту, когда ситуация зашла слишком далеко.
Часто обращение к психологу воспринимается как слабость, поскольку человек не способен справиться сам. Это отношение очень сильно вредит. Каким бы сильным и волевым человек ни был, если болит зуб, он пойдет к стоматологу. Вряд ли он начнет сам себе сверлить кариес. Психика тоже подчинена физиологическим законам. Зачастую справиться со сложным состоянием, особенно если оно стало хроническим, поможет именно специалист.
Есть признаки, которые говорят о необходимости обращения к нему. Если формулировать очень широко – плохо стало либо вам, либо с вами. У вас повысилась конфликтность, вы не хотите общаться с друзьями, друзья избегают с вами встреч или избегают разговоров на определенные темы, когда вы очень навязчиво пытаетесь говорить о них.
Если идти по пунктам, первый признак – выраженный стойкий эмоциональный дискомфорт. Когда плохо почти постоянно – ничего не хочется, или не знаешь, чего конкретно хочется, или радости в жизни нет. Это яркие маркеры, что с эмоциональной сферой что-то не так, и дальше эта ситуация может усугубляться.
Нужно обращать внимание на все случаи, когда изменились отношения с алкоголем – стало очевидно, что употребление участилось и поменялась мотивация. Проще говоря, когда человек выпивает, чтобы снять тревогу. Еще один маркер – изменение отношений с окружающими. Поменялся характер социальных контактов, стали дискомфортны или неинтересны ранее важные дела, утратились или потеряли значимость важные до этого увлечения или хобби. Например, каждое утро выходил на пробежку, а сейчас сил нет. И завтра их нет, и послезавтра.
Ю. Ш.: До этого мы говорили о некой потенциальной опасности. Если она произошла непосредственно с человеком, мы начинаем говорить о травматическом опыте. Как правило, речь идет о психологической травме, когда ситуация соответствует одному или обоим следующим критериям.
Первый критерий – произошедшее существенно нарушает сложившуюся адаптацию в окружающем мире. Вот была у человека жизнь, он мог ее считать любой – счастливой или несчастливой, удачной или неудачной. Но он каждое утро вставал, чистил зубы, жарил яичницу, вел детей в школу, ехал на работу. И вдруг случается что-то, что эту привычную повседневную жизнь разрушает. Что-то, что требует выстраивания новой системы адаптации. Второй критерий – это серьезное переживание опасности за себя или за своих близких, угроза жизни или здоровью.
Если в жизни случается травматичный опыт, его переживание – довольно длительный, сложный и неоднородный по своей структуре процесс. Первое, что случается с человеком, – острые стрессовые реакции. Это может быть истероидная реакция, когда человек очень громко кричит, размахивает руками, привлекает к себе внимание, тем самым выражая острое эмоциональное состояние. Он может злиться, предпринимать агрессивные действия по отношению к окружающим людям и предметам. Острая реакция не говорит о том, что человек плохой. Она говорит о том, как он реагирует на острый стресс. По сути, мы можем считать, что это нормальная реакция на ненормальные обстоятельства.
Вслед за острыми реакциями наступает период, когда человек учится жить в новых обстоятельствах и с новым опытом. Практически 100% исследователей говорят, что адекватная социальная поддержка в этот период очень помогает переработать, пережить и принять травматический опыт и научиться с ним жить дальше. Адекватная – значит принимающая чувства и эмоции человека.
Мне очень нравится цитата из «Золотого ключика», которая как раз, можно сказать, характеризует эту историю: «Не думайте, Буратино, что если вы дрались с собаками и победили, спасли нас от Карабаса-Барабаса и в дальнейшем вели себя мужественно, то вас это избавляет от необходимости мыть руки и чистить зубы перед едой». Несмотря на то что у человека был травматичный опыт, это не отменяет его обязанности ходить на работу, корректно себя вести, идти на учебу, поступать в колледж или университет. Если есть потребность, можно обратиться к специалисту, который поможет выстроить траекторию восстановления. Это займет какое-то время.
В негативном случае мы увидим стресс-ассоциированные расстройства, прежде всего это посттравматические стрессовые расстройства (ПТСР). Это хронификация состояния, когда человек не вышел из травматического опыта. У него этот опыт проявляется в психологическом настоящем. Есть и противоположные случаи, про которые не так часто говорят, – посттравматический рост, когда человека травма чему-то научила: показала, что он сильный, что он может справиться со сложностями, что у него хорошая семья и друзья, что нужно больше времени уделять себе и близким и тому подобное.
Приведу пример: Фрида Кало, которая попала в ДТП, всю жизнь мучилась от последствий травм. Но тем не менее именно это позволило ей так красочно видеть мир и стать всемирно известной художницей. Посттравматический рост – это довольно частая история.
Если обобщать: к себе и своим близким по умолчанию нужно относиться доброжелательно, а когда человек пережил травматический опыт – так особенно. Нельзя откладывать обращение к специалисту. По моим многолетним наблюдениям, чем раньше человек со сформировавшейся проблемой попадает к нему, чем короче период коррекции и благоприятнее исход.
Ю. Ш.: В целом отношение к помощи специалистов в области охраны психического здоровья начинает серьезно меняться. Это не может не радовать, люди становятся все более грамотными и просвещенными в этом вопросе. Со своей стороны мы тоже этому способствуем: разрабатываем профессионально выверенный контент. Это памятки, инструкции, просветительские материалы, статьи.
Ю. Ш.: У нас есть две основные задачи: психологическое сопровождение деятельности личного состава МЧС России и оказание экстренной психологической помощи пострадавшим при ЧС и пожарах. Первоначально предполагалось, что у центра будет группа специалистов, способная вылететь в любое место страны для помощи населению. Потом оказалось, что этого недостаточно. У нас появилось восемь филиалов, специалисты есть в каждом субъекте РФ. Сейчас психологов МЧС по всей стране насчитывается около 900 человек.
При ЧС наши специалисты выезжают на место. Как правило, мы работаем первые несколько суток, на которые чаще всего приходится проведение аварийно-спасательных и других неотложных работ. Мы понимаем, что и этого тоже может быть недостаточно для некоторых людей. Многим нужна пролонгированная помощь. Поэтому большая система, состоящая из представителей образовательных, медицинских учреждений, включена в единую государственную систему предупреждения и ликвидации ЧС. Специалистов, готовых на уровне субъектов оказывать пролонгированную помощь, в стране около 5500 человек.
Большой помощью являются и волонтеры, наш генеральный партнер в этом вопросе – РКК. Волонтерская помощь должна быть очень структурирована. Нельзя по зову сердца решить оказывать психологическую помощь, а потом через два дня передумать. Нельзя начинать оказывать психологическую помощь в таких ситуациях, когда нет достаточного уровня знаний и умений. РКК берет на себя отбор таких специалистов, а мы – подготовку, если это необходимо.
В 2006 г. у нас появилась идея о создании телефона, а чуть позже – сайта экстренной психологической помощи. Люди, которые считают, что им нужна экстренная психологическая помощь, могут обратиться за ней к нам по телефону или на сайт для получения консультации.
На сайте есть несколько режимов работы: публичная однократная консультация, когда человек рассказывает о своей проблеме, а психолог в режиме открытого доступа отвечает ему. Эту коммуникацию можно видеть на сайте. Есть работа и в закрытом режиме. Она подразумевает длительную переписку со специалистом в личном кабинете.
Ю. Ш.: Критериев нет. Нужно понимать, откуда берется это явление. Когда человек оказывается в опасных, сложных, драматических, эмоционально очень непростых ситуациях, ему тоже приходится адаптироваться. Эта адаптация, как вы сказали, действительно будет состоять в том, что для человека будет хорошо там, а здесь – плохо. То есть он адаптировался к жизни на прифронтовой территории, а к прежней жизни дезадаптировался. Для того чтобы повторно привыкнуть к прежней жизни, тоже нужно время. Это очень сложная эмоциональная, психологическая и, главное, смысловая работа. Смыслы очень сильны в этом вопросе.
Вычислить определенные периоды, во время которых нужно выдерживать паузу, невозможно. Но есть закономерности: чем чаще человек перестраивается, тем проще ему это дается. Чем дольше была адаптация к новым условиям, тем дольше будет период адаптации и по возвращении. Изменения психики в опасных, экстремальных условиях – это плата за то, что мы смогли выжить.
Ю. Ш.: Действительно ужасно, что людям приходится жить в таких условиях, но психика дает адаптироваться и к этому. Очень важно в таких ситуациях все-таки не пренебрегать правилами безопасности. Помните коронавирус? Вначале тоже был страх, он сразу заставил людей сидеть дома, мыть руки, носить маски. У большинства он потом прошел, а маски мы стали носить из чувства ответственности. Страх – хороший регулятор, но очень краткосрочный. После него хорошим регулятором становится наша ответственность и здравомыслие.
В подготовке материала принимал участие Илья Лакстыгал
