"Не бьем в лоб". Как отбивают атаки на Курск
Обстановка в приграничье из-за кишащих в воздухе беспилотников остается напряженной. Круглосуточно добровольцы отряда "Барс-Курск" в составе группировки войск "Север" отбивают атаки БПЛА, охотясь на дроны по маршруту их следования. О том, как проходят их будни, — в репортаже РИА Новости.
"Меняют тактику"
С утра мобильная огневая группа выдвигается на пикапе к точке дежурства. Район, казалось бы, тыловой, однако отсюда хороший обзор маршрутов, которыми пользуются беспилотники ВСУ.
"Противник постоянно меняет тактику. Если раньше массированные налеты были в ночное время, то теперь они не церемонятся — запускают и днем. Довольно часто имеем дело с ударным БПЛА "Лютый" — такой летает на расстояние до тысячи километров, несет до 50 килограммов взрывчатки. Что касается дронов средней дальности — тут такое изобилие в модификациях, что мы перестали считать", — объясняет комроты с позывным Борей.
Ваш браузер не поддерживает данный формат видео.
Добравшись до нужного места, расчет рассредоточивается: проверяют систему видеоперехвата, пока затишье, оборудуют дополнительную пулеметную точку, устанавливая оружие на стойку.
"Противник нередко проводит разведку боем в небе, совершает какие-то обманные маневры, прощупывая слабые места. Все схоже с классической пехотной тактикой, — продолжает Борей. — Сперва идут "открывашки" — дроны, вскрывающие позиции. Затем — ударники. А дальше открывается дорога для "дальнолетов". В последнее время непросто, поскольку зачастую они меняют курс и приходится в прямом смысле за ними гоняться".
"Исключение из правил"
Для многих в отряде попасть в группу охотников на БПЛА самолетного типа было делом принципа. Дантес — не исключение. Он служит пулеметчиком около полугода, приехал из Воронежа, который регулярно подвергается налетам. "Не мог наблюдать сложа руки за тем, как родной город страдает, потому сейчас я здесь", — говорит боец.
И добавляет: отец на СВО с 2022-го, штурмовик. Дантес тогда был еще слишком молод, но сразу решил последовать его примеру — как только представится возможность. "Отслужив срочку, год провел дома, чтобы не создавать для мамы лишний стресс. Уехал, когда отец свое отвоевал и вернулся домой. Теперь и он переживает за меня так, как я за него", — рассказывает пулеметчик.
Ваш браузер не поддерживает данный формат видео.
У начальника расчета с позывным Лева — своя мотивация. С первых дней СВО занимался сбором гумпомощи для добровольцев и мобилизованных.
"Не раз доставлял все лично за "ленту". Всегда тянуло поближе к товарищам. И однажды, летом 2025-го, остался с ними. Родным сообщил об этом в последний день перед отъездом, — говорит боец. — Это, конечно, их шокировало, но со временем свыклись. И в моем родном городе нет-нет да и мелькает в сводках информация о пролетающих БПЛА, что тоже подтолкнуло попасть именно в эту группу".
Продолжительность дежурства зависит от обстановки в небе. Когда поступает сигнал о налете, мобильные группы рассредоточиваются на удалении в несколько километров друг от друга и открывают огонь.
"Запомнилось, как над нами пролетели сразу три БПЛА самолетного типа. Удалось зацепить — до цели не добрались. В другой раз один вообще прошел прямо по верхушкам деревьев. С пулемета по нему отработали — успешно", — приводит примеры Дантес.
"На подобные случаи есть своя инструкция, — уточняет Борей. — Если летит на небольшой высоте и рядом — не бить в лоб или под брюхо. Одно дело — уничтожить FPV-дрон на расстоянии вытянутой руки, другое — махину с боевой частью в 50-70 килограммов. Нужно действовать очень аккуратно. Но бывали и исключения. На днях МОГ (мобильную оперативную группу. — Прим. ред.) пытались атаковать. Противник запустил дрон на комбинированном двигателе, услышали, когда тот был слишком близко. Причем на трансляции РЛС — тишина. Ничего не оставалось, как бить в лоб. Рискованно, но получилось: управление "отстегнуло", крыло ушло в сторону, никто не пострадал. Потом осматривали: двигатель — чешский, начинка — японская. До сих пор пытаемся идентифицировать этот дрон".
"Изощренные методы"
Есть еще и скоростные дроны — таким пулемет нипочем. "Встречаются реактивные — у них от 300 километров в час. Достать можно разве что из ПЗРК и комплексов ПВО. Тут подключаются уже другие подразделения, — добавляет боец с позывным Молдован. — Да и хитрее стали — летают выше, чем обычно".
Сам он, к слову, родом из Молдавии, перебрался в Тульскую область, там и обосновался. На пункте отбора к добровольцу со сложным и замысловатым иностранным именем сперва относились скептически, но впоследствии все сослуживцы приняли его за своего. В приграничье он уже полтора года.
Поначалу сопровождал рабочих, которые спешили восстанавливать инфраструктуру после обстрелов. Как и большинство в мобильной группе. "Всякое бывало. И по ходу передвижения пытались атаковать, и во время работ. Противник действовал изощренно: дожидался окончания работ, стоит уехать — и вновь туда же прилет, и опять нужно добираться в ту же точку и чинить все с нуля, — вспоминает Борей. — Группа сопровождения продолжает разъезжать по приграничью. Причем со все большим риском".
Бойцы не сводят взгляд с неба: что-то подозрительно тихо. И действительно, ночью добровольцы не сомкнут глаз, отбиваясь от одного самолета за другим. Сотни дронов разного типа ежедневно атакуют приграничье, а расчеты отряда "Барс-Курск" каждое утро заступают на очередное дежурство.
