Гибридная война Европы против нас и нашей страны, обострившаяся в последние недели (дроны, летевшие с территории прибалтийских лимитрофов, десятки миллиардов евро для киевских, террористические нападения на мирные русские города, в частности, в Крыму и на Белгородчине — только некоторые примеры), — это два крупных вектора.
Вектор первый и максимально публичный — централизованный нарратив, который рассказывает, что Европа в военном смысле нищевата, несчастна и абсолютно не воинственна. Поскольку ей, Европе, воевать нечем.
Вектор второй и почти непубличный — рассказ, в котором пушинка к пушинке отслеживается подготовка к войне. Застрельщики — страны, у которых болит реванш русофобии.
Главная там — Франция. Понятно почему.
Польша. И тоже по известным причинам. В лагере примкнувших к Парижу и Варшаве пока тактически — прибалтийские лимитрофы, а еще — Финляндия и Швеция. Хельсинки и Стокгольм — потому, что мы им сломали хребет давно и надолго. Ну а лимитрофы прибалтийские — потому, что в тамошние политэлиты попадают только после сдачи экзамена по махровой русофобии.
Финны и шведы в момент, когда вы читаете эти строки, участвуют в военных (натовских) маневрах, которые называются "Аврора-2026". Тут командование — у выходцев из королевства "трех корон" (так называется национальный геральдический символ Швеции).
Месяц назад проводились учения "Холодный ответ — 2026" в Лапландии. И главными были финские натовские офицеры. Лапландия — больше не то место, где живет сказочный Санта-Клаус и его олень Рудольф. Лапландия сегодня — это плацдарм для нападения на Россию.
Еще одна площадка для армейских масштабных экзерсисов — 16 департаментов Франции плюс заморские территории Пятой республики.
И если европейские учения на северах длятся с месяц, то армейские маневры под главнокомандованием Макрона продолжались два с половиной месяца: 13 тысяч солдат и офицеров, сотни и тысячи единиц военной техники. Форсирование береговой линии — где галечные пляжи и имеется горный рельеф. Морпехи. Десятки тысяч дронов. Сложная логистика. Мгновенная переброска крупных контингентов.
Все эти обстоятельства места, времени и образа действия не слишком хорошо вяжутся с утверждениями европейской — что глобалистской, что национальной — медийки о том, что, дескать, пороха в пороховницах европейских недостаточно. Да и тот, что имеется, успел отсыреть.
"Орион-2026" — несомненно, это (даже если свято верить тезису о французской "несостоятельности" в военном конфликте высокой интенсивности с Россией) не репетиция, а настоящий прогон, практически готовый план антироссийской агрессии. Если наш Северо-Запад в прицеле финско-шведско-прибалтийских реваншистов, то юг и атака на него — зона ответственности Франции.
Той самой Франции, чей лидер последние два с лишним года заявляет, что готов раскрыть "ядерный зонтик" над ЕС. И тут тоже Париж — инициатор размещения ("временного", исключительно в "оборонительном" смысле) атомных ракетных боеголовок на истребителях "Рафаль".
Параллельно Макрон хоть тушкой, хоть чучелком, хоть на словах и доктринально, но переписывает стратегию военного переоснащения страны, где ему осталось президентствовать ровно год. Год — это если не случится того самого конфликта высокой интенсивности, если не будет подогнан casus belli. И если, видя "неминуемую угрозу государственным институтам", нынешний хозяин Елисейского дворца не сыграет в Зеленского и не отменит под девизом "Франция в опасности" выборы президента.
Такой шаг не стоит исключать. Мы последние десять с лишним лет имеем дело не с политическими лидерами, ответственными государственными стратегами, которые всегда предпочтут политический компромисс военной эскалации и конфликту в горячей стадии, а с дорвавшимися до власти авантюристами-русофобами.
Нам врали про Минские соглашения, а сами тянули время, перевооружая вэсэушников и возводя укрепления по всей ЛБС. Это происходило почти явно. Долго. Упорно.
В результате в феврале 2022-го вероятность полномасштабной резни в Донбассе стала такой высокой, что мы, защищая дончан и луганчан, были вынуждены начать СВО.
Сегодня, когда Европе стал понятен ее проигрыш в этой геополитической авантюре с использованием Незалежной как демпфера в противостоянии с нами, ситуация может быть развернута почти идентичным методом. Парижу не занимать коварства, да и просто политической подлости в таких случаях.
Нет страны, заинтересованной больше, чем Франция, в эскалации кризиса в Донбассе до горячей стадии и прямого столкновения с нами. Элиты в этом случае консервируют власть коллективного Макрона. ВПК получает заказы на пушки. Пусть и вместо масла. Экономика с помощью милитаристского драйвера начинает наращивать мускулы.
В этой схеме и в этих планах — казалось, без недостатков, без сучка и без задоринки — не упоминается, правда, большой французский драп по Смоленскому тракту.
Что ж! Мы готовы эту лакуну заполнить, отправив Париж и его интенции повоевать с нами в очередной раз в пешее путешествие в направлении реки Березины. Ну и напомнить между делом, откуда во французском языке взялось слово "бистро".
