МОСКВА, 23 апр — РИА Новости. Исследователи реконструировали исторический облик природной среды в окрестностях Боровицкого холма с середины первого тысячелетия до нашей эры до второй половины XIV века нашей эры. Об этом сообщила заведующая лабораторией естественнонаучных методов Анна Алешинская во время выступления на научном семинаре, прошедшем в ИА РАН.
Для реконструкции ученые использовали палинологию — метод, который позволяет по спорам и пыльце растений восстанавливать древние ландшафты, климат и следы хозяйственной деятельности человека.
Береза
По словам исследователя, самые ранние изученные слои относятся к дьяковскому периоду раннего железного века (примерно до V-VII вв. н. э.). В образцах этого времени ученая отметила малое количество пыльцы древесных пород, среди которых преобладают береза и лещина, а среди трав часто встречается пыльца полыни и злаков. Большую роль также играли сорные растения, такие как крапива, щавель, подорожник и другие растения-спутники человека. Представленные данные свидетельствуют о том, что вокруг Боровицкого холма были не сплошные леса, а участки с травянистой растительностью, вырубки и, вероятно, хозяйственно освоенные земли.
Подорожник большой1 из 3Щавель курчавый2 из 3Крапива двудомная3 из 3Подорожник большой1 из 3Щавель курчавый2 из 3Крапива двудомная3 из 3
"Окрестные березовые леса были вторичного происхождения на месте вырубок или заброшенных пашен, а большое количество пыльцы злаков, в том числе и культурных, может свидетельствовать о наличии пахотных угодий. И все это позволяет предположить, что это было уже время существования городища на Кремлевском холме", — отметила Алешинская.
Затем наступает период между исчезновением дьяковцев и появлением славян, охвативший 500–600 лет. Как считают археологи, упадок дьяковской культуры начался приблизительно в V веке н. э., и к VII–IX векам поселения были оставлены, а на оставшихся территориях население сильно сократилось. За это время поля и заброшенные поселения заросли елово-широколиственными лесами, что подтвердили новые палинологические данные.
Кроме того, ученая с помощью палинологического анализа выявила еще один важный этап, охватывающий предположительно IX – начало XII вв., который ранее не выделялся в разрезе, но по пыльцевым спектрам все же прослеживался в нескольких участках.
"Стратиграфически вот этого переходного локуса мы не могли зафиксировать, но благодаря палинологическим исследованиям обнаружили, что он был. То есть были какие-то отложения, которые залегали между ранним железным веком и слоем удельного времени, мы просто их не смогли выделить", — подтвердил заведующий отделом средневековой археологии, кандидат исторических наук Владимир Коваль.
Именно это, по его словам, позволяет точнее восстанавливать историю Боровицкого холма и открывает новые направления для последующих исследований.
С домонгольским временем связан самый теплый период Средневековья, когда в окрестностях Боровицкого холма, по словам Алешинской, росли липовые леса. Однако уже в XII веке происходит похолодание климата, вследствие чего резко возрастает доля сосны и ели.
Цветение липы в Москве
Дальнейший раннемосковский слой относится к XIII веку — эпохе стремительного роста поселения, появления новых застроек и расширения хозяйственной территории. Уменьшение количества пыльцы древесных пород, появление сорных растений и культурных злаков — безусловные признаки присутствия человека и освоения территории", — заключила Алешинская.
"По мере расширения города старопахотные земли застраивались, под поля расчищались новые земли, отодвигая границу леса все дальше и дальше от Кремля. В десятой палинозоне мы наблюдаем уже типичный селитебный ландшафт с пашнями, сорными сообществами, равнотравно-злаковой растительностью и минимальным количеством древесных пород", — заключила палинолог.
Колосья ячменя1 из 3Гречиха посевная2 из 3Созревающий овес 3 из 3Колосья ячменя1 из 3Гречиха посевная2 из 3Созревающий овес 3 из 3
На научном семинаре "Новое в изучении Московского Кремля: материалы раскопок 2019–2021 годов" исследователи РАН подвели итоги археологических работ в Большом Кремлевском сквере. Систематизация и камеральное изучение материалов раскопок значительно расширили знания о ранней Москве и Московском Кремле как археологическом памятнике.
