Юлия Барановская: "От красоты Антарктики хочется плакать"
——
— С Аргентиной мы знакомы еще с 2020-го, тогда я летала туда с детьми. Но знаете, как бывает: программа была насыщенная, а вот ледник Перито-Морено в нее не включили. У меня в жизни есть две абсолютные, почти фанатичные любви — каньоны и голубой лед. Мы с ребятами ужасно любим подобные природные феномены, поэтому пообещали себе, что обязательно вернемся и досмотрим Патагонию.
Перито-Морено оказался удивительно доступным. Мы изучили его, кажется, со всех возможных ракурсов и побывали на всех экскурсиях, каких только можно, разве что только не нырнули к нему.
Самый бюджетный, но при этом невероятный способ — просто отправиться в нацпарк и гулять по оборудованным смотровым площадкам. Вид оттуда открывается космический! А еще можно подойти к леднику с воды: маленькие кораблики подходят довольно близко. И вот с воды получаются самые "открыточные" кадры. Особенно если повезет поймать момент обрушения — когда огромная глыба с грохотом откалывается и падает в воду, превращаясь в айсберг. Это магия.
Мы даже пробовали формат однодневного круиза и с ночевкой оставались, чтобы увидеть ледник Спегаццини, — он считается одним из самых высоких в нацпарке Лос-Гласьярес.
— Да, но важно понимать: корабль никогда не останавливается напротив самого Перито-Морено — уходит в соседнюю бухту, где потише. Ледник — это не только красота, это еще и стихия, которая требует уважения. Никто ведь не знает, в какой момент огромная ледяная глыба, скрытая под водой, решит отколоться и всплыть. А если такая махина размером с айсберг двинется вверх — перевернуть лодку раз плюнуть. Поэтому к самой стене никто вплотную не приближается.
Круизы — отдельное удовольствие. Уютные каюты, ресторан, высадки с гидами в самых живописных местах. Помню наш ланч напротив ледника Спегаццини: мы едим, и вдруг прямо перед нами из воды выныривает огромный айсберг. Это было настолько красиво, что дух захватило!
Кстати, есть там и такая традиция: на корабликах ловят льдинки прямо из воды, дробят их и предлагают туристам напитки с этим "древним" льдом.
А вдоль самого Перито-Морено мы ходили на каяках. Это совершенно другие ощущения — плыть в абсолютной звенящей тишине прямо перед ледяной стеной. В маленьком каяке ты один на один со стихией, никакой защиты, и ты слышишь, как ледник разговаривает. Он трещит, ломается, живет. Звук лопающихся пузырьков в воде похож на то, как будто кто-то наливает газировку в стакан — такой тонкий, хрустальный, шипучий... Мы обожаем каяки, и эта прогулка стала для меня одной из самых ярких.
Еще была прогулка по самому Перито-Морено — в "кошках", конечно. Там три маршрута, и мы попробовали все! Был солнечный день, гиды предупредили: "Сегодня ледник точно будет трещать". И он не молчал ни минуты! Постоянные мощные обрушения, грохот — это настолько завораживающее зрелище, что я стояла и ловила себя на мысли: от красоты хочется плакать.
— Я считаю, что безопасно. Конечно, это лед, он живет по своим законам, и человек здесь лишь гость, который ничего не может проконтролировать.
Мы также ходили в круиз к леднику Вьедма. Он по площади раза в три больше Перито-Морено, и добраться до него — задача не из легких. Люди, вообще, тратят четыре дня, чтобы дойти до него пешком по берегу, — такой вот серьезный трекинг.
А после мы поехали в Эль-Чалтен — это маленький, невероятно уютный городок, наша база для трекинга вокруг горы Фицрой.
— Именно! Там совершенно потрясающая атмосфера, особый вайб. Все вокруг в специальной одежде, вечером в ресторане люди сидят в ботинках и с трекинговыми палками.
Это территория нацпарка, поэтому строгие правила: палатки можно ставить только в отведенных местах, никаких костров. Мы облазили все вокруг, даже купались в ледниковых лагунах. Вода там градуса два-три — адреналин зашкаливает!
Но самое необычное — наш отель. Мы ночевали в прозрачных капсулах, подвешенных прямо на скале, на высоте 270 метров над землей! Вид на Фицрой — просто до слез. Чтобы добраться до "номера", нужно час подниматься на вершину, а потом еще идти по тропе с карабинами и страховкой.
Эти капсулы придумали альпинисты, которые привыкли спать в гамаках, пристегнутых к отвесной скале. Они хотели подарить гостям этот уникальный опыт.
Конструкция внутри интересная: три уровня. Наверху — огромная кровать, посередине — туалет и зона для еды, а внизу — гамак с прозрачным полом. Лежишь, капсула слегка покачивается от ветра, мимо пролетают кондоры, садятся на скалы буквально в паре метров от стекла. Ночью небо такое, что, кажется, до звезд можно дотянуться рукой. Самым сложным было заснуть — потому что хотелось смотреть на эту красоту бесконечно.
— Полдня мы посвятили зиплайну в Аргентине рядом с Эль-Калафатой. Спуск с горы проходил в несколько этапов, трассы длинные. Такое редко где встретишь: летишь на бешеной скорости, а в конце нужно самому включать ручной тормоз, чтобы мягко "припарковаться" к колодкам. Адреналин — сумасшедший!
— Это была моя давняя мечта, но я не хотела путешествовать туда на круизном лайнере, где много людей, нет уединения и свободы. Нашла компанию, которая организует поездку на парусниках, там туристов не более двадцати.
Наш круиз начинался с острова Кинг-Джордж, куда мы прилетели на самолете, а после Антарктики должны были обратно идти через пролив Дрейка в Ушуайю.
На Кинг-Джорже находятся знаменитая российская антарктическая станция Беллинсгаузена, где проводятся исследования, и церковь Святой Троицы. Ее построили на Алтае, потом разобрали и перевезли в Антарктику. Мы зашли в храм, поставили свечи. Там есть батюшка, колокола звонят — очень трогательное место.
— В нашей лодке было 14 человек: девять русских и пятеро аргентинцев. Компания классная, маршрут интересный, но коррективы внесла погода. Шторм мы пережидали в бухте с красивым названием Парадайз-Бэй, то есть Райской.
Место закрытое. Когда светило солнце, казалось, что везде хорошая погода, но на открытом пространстве горизонт был черный. Три дня на маленьких лодках-зодиаках мы исследовали окрестности, высаживались на сушу, много гуляли.
Антарктика — это прежде всего непредсказуемая погода. Она вносит коррективы в любую поездку. Например, мы планировали высаживаться в одних бухтах, но постоянно оказывались в других, обходя опасные участки. На переходах сильно качало.
Мы хотели идти через пролив Дрейка — не сложилось. Когда погода стала портиться, океан разбушевался не на шутку, и отправиться в путешествие на нашей лодке было опасно. Да и время в пути могло увеличиться с четырех до восьми дней.
Хозяин компании принял решение: обратно туристы полетят самолетом. Но и они перестали летать, почти неделю рейс переносился.
— Мы все время наблюдали за животными. Видели, как киты питаются крилем и планктоном, дышат, разговаривают, закручивают невероятные спирали совсем близко от лодки. И пингвины были потешные.
А еще мы счастливчики и везунчики, поскольку компания, которая нас сопровождала, занималась высадкой всемирно известного путешественника Федора Конюхова на остров Ливингстон. Он в полном одиночестве живет там в палатке, ведет наблюдения.
Федор показал нам остров. У него же там пингвины с именами. Потом мы пригласили его на лодку, где он смог принять душ и поужинал с нами.
На Ливингстоне множество морских слонов — огромных животных. Когда спят, они чихают. И у них супердобрые морды.
Туристы в Антарктике соблюдают определенные правила при высадке с корабля на остров или материк: обязательно мыть ноги специальным раствором, чтобы не принести никакую заразу. Все отходы нужно копить на лодке, нельзя выбрасывать за борт даже еду. Трогать животных запрещено, наблюдать можно с расстояния в пять метров, за китами и морскими слонами — с 20 метров.
Считаю все произошедшее огромным подарком судьбы — ведь вместо десяти дней мы вынужденно провели в Антарктике почти 15. Увидели ее совершенно разной: с ярким палящим солнцем и розовыми закатами, в шторм, в качку с дождем и снегом. Айсберги, выплывающие буквально из тумана, в том числе и арочные... Мы увидели всех животных, кроме косаток, — это незабываемо!
Вернуться на главную
