– По вашему мнению, насколько затяжным может оказаться нынешнее военное противостояние между Пакистаном и Афганистаном? Насколько непреодолимы разногласия между странами?
– Давать точные прогнозы относительно того, сколько продлится текущий виток афгано-пакистанского военного противостояния, – дело неблагодарное. У конфликта есть история. Исламабад не первый год обвиняет власти Афганистана в нежелании принять практические меры по пресечению деятельности укрывшихся на афганской территории антипакистанских террористических группировок, прежде всего Движения талибов Пакистана. И воздушные удары, как утверждают пакистанцы, наносятся именно по базам и инфраструктуре Движения талибов Пакистана.
Без сомнения, проблема присутствия в Афганистане ряда террористических организаций действительно существует. Однако, на наш взгляд, и об этом мы неоднократно заявляли на различных уровнях, решать ее Кабулу и Исламабаду следует сообща, взаимодействуя, а не конфликтуя. Призываем афганских и пакистанских друзей к партнерству на контртеррористическом треке. В одиночку терроризм не победить.
– Будет ли Россия выступать с инициативой по урегулированию афгано-пакистанского конфликта? Есть ли предпосылки к тому, что стороны договорятся о прекращении огня?
– Россия готова оказать посреднические услуги в случае обращения конфликтующих сторон. Пока такого обращения не поступало. Что касается готовности Афганистана и Пакистана к примирению, то здесь все зависит от них. Судя по недавним шагам, нацеленным на деэскалацию противоборства, включая попытку приостановки боевых действий на период Ураза-байрама, в Исламабаде и Кабуле в целом осознают бесперспективность вооруженной конфронтации.
– Оказывает ли ситуация вокруг Ирана непосредственное влияние на афгано-пакистанское противостояние?
– Конфликт Пакистана с Афганистаном носит локальный характер. Не вижу прямой взаимосвязи с событиями на Ближнем Востоке.
– Как высоко вы оцениваете вероятность того, что США на фоне военных действий на Ближнем Востоке возобновляют свои требования к властям Афганистана о предоставлении им в пользование авиабазы "Баграм"?
– Администрация Дональда Трампа постоянно озвучивает требование о возвращении под контроль США афганской авиабазы "Баграм", утраченной американцами после их бесславного бегства из Афганистана в августе 2021 года. Так что в таких "хотелках" нет ничего нового.
Считаем категорически неприемлемым размещение военных объектов и инфраструктуры США и НАТО на территории Афганистана или соседних с ним государств под любыми предлогами. Надеемся, что власти Исламского Эмирата Афганистан продолжат придерживаться аналогичного подхода.
– В последнее время в прессе стали появляться материалы о якобы надвигающемся внутриполитическом кризисе в Афганистане, связанном с разногласиями между лидерами талибов в Кандагаре и Кабуле. Насколько верны предположения, что внутри Движения талибов есть раскол?
– Мы не вмешиваемся во внутренние дела других стран. Поэтому не хотелось бы комментировать внутриафганские процессы. Вместе с тем отмечу, что в настоящее время прочность позиций правительства ИЭА сомнений у меня не вызывает.
– Прорабатывается ли сейчас вопрос о проведении контактов на высшем или высоком уровне между Россией и Афганистаном?
– С Исламским Эмиратом Афганистан уже поддерживается плотный профильный диалог. Регулярный характер носит общение глав внешнеполитических ведомств. За последний год Сергей Лавров трижды общался с афганским визави, Амир Хан Моттаки – один раз в ходе личной встречи, дважды по телефону. На регулярную основу переведено взаимодействие вице-премьеров и руководителей министерств экономического блока. С нашей стороны торгово-экономические связи с ИЭА курирует Заместитель председателя правительства Алексей Оверчук, с афганской – вице-премьер Абдул Гани Барадар.
– Началась ли проработка документа об основах отношений между Россией и Афганистаном? Имеется ли у наших стран достаточная правовая база для заключения такого договора?
– У российско-афганских отношений имеется солидная договорно-правовая база, унаследованная еще с советских времен. По мере необходимости она совершенствуется. Главный же залог успешного развития многовекторного сотрудничества с Афганистаном – сложившийся в афганской политической элите консенсус в пользу дружбы с Россией.
– Как проходят переговоры с Афганистаном о закупках российских энергоносителей? Планируют ли афганские власти увеличивать объемы поставок нефтепродуктов и сжиженного газа из России?
– Экспорт российских энергоносителей в Афганистан включен в переговорную повестку. По понятным причинам обойдусь без цифр и конкретных схем поставок. Скажу только, что афганцы проявляют практический интерес к закупкам нашей продукции, в особенности дизельного топлива и бензина.
– Ведется ли диалог между нашими странами о привлечении афганских трудовых мигрантов? Достигнуты ли какие-либо договоренности в этой сфере?
– Конкретных договоренностей пока не достигнуто, хотя профильные контакты по данному вопросу осуществляются. В России головным ведомством, курирующим данную тему, является министерство внутренних дел. При проведении переговоров российская сторона руководствуется положениями действующего миграционного законодательства и экономической целесообразностью.
