Первый официальный визит Александра Лукашенко в столицу КНДР Пхеньян начался 25 марта. Лидер страны Ким Чен Ын пригласил Лукашенко в Пекине во время саммита по случаю 80-й годовщины окончания Второй мировой войны 2 сентября 2025 г. Из текста сообщения пресс-службы Лукашенко следует, что он и Ким проведут переговоры по всему спектру отношений. В Пхеньяне для Лукашенко устроили торжественную церемонию встречи с почетным караулом и залпами орудий на площади имени основателя КНДР Ким Ир Сена. Лукашенко также посетил монумент в память советских солдат, погибших при освобождении Кореи от японских войск в 1945 г.
Министр иностранных дел Белоруссии Максим Рыженков заявил агентству «Белта», что Лукашенко и Ким подпишут договор о дружбе между КНДР и Белоруссией. Похожее соглашение было у КНДР с Россией с февраля 2000 г. по июнь 2024 г., когда уровень российско-корейских отношений был повышен с подписанием договора о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, который включает и положение о взаимной военной помощи.
Основополагающий договор и пакет отраслевых соглашений обычно один из первых, базовых шагов для развития связей, замечает доцент кафедры востоковедения МГИМО МИД России Илья Дьячков: «Стороны, очевидно, чувствуют политическую близость в нынешней ситуации в мире». По мнению эксперта центра военно-экономических исследований Института мировых военно-экономических исследований НИУ ВШЭ Александры Зуевой, Минск таким образом пытается «догнать» тот уровень отношений, который до недавних пор был с Пхеньяном у Москвы. Сближение КНДР и Белоруссии отвечает официальному курсу укрепления внешнеполитических связей, провозглашенному Кимом на последнем съезде правящей Трудовой партии Кореи (ТПК). «На фоне того, что происходит с Ираном, близким партнером КНДР, ей крайне важно укреплять связи с другими дружественными или союзными ей странами», – говорит Зуева.
Отношения двух стран десятилетиями носили формальный характер, но политические факторы изменились, согласен главный научный сотрудник центра белорусских и прибалтийских исследований Института Европы РАН Николай Межевич. Участие Корейской народной армии в боях в Курской области не прошло мимо Минска, указывает Межевич: «Вероятно, у Белоруссии были консультации с Россией и Китаем, главными партнерами КНДР. Те, очевидно, поддержали Лукашенко в сближении с Ким Чен Ыном».
Параллельно Лукашенко пытается прийти к «большой сделке» с США и их президентом Дональдом Трампом. В марте 2026 г. спецпосланник Трампа Джон Коул пообещал снять санкции с двух белорусских банков и минфина. С КНДР США санкции снимать не спешат и в отличие от первого срока Трампа выйти на «сделку» не торопятся. В мартовских послаблениях по торговле нефтью России и Ирану Вашингтон запретил им поставки именно в КНДР. Ким 26 февраля на съезде ТПК заявил, что если США не будут предпринимать провокационные действия и признают ядерную программу Пхеньяна, то он готов к контактам, замечает Зуева: «Ким Чен Ын на примере Ирана видел, к чему ведут переговоры с США при Трампе. Но с потеплением отношений Лукашенко с Трампом не исключен дополнительный канал связи Вашингтона и Пхеньяна через белорусского лидера».
Американский фактор не стоит переоценивать, считает Межевич. Когда Трампу необходимо, он готов, воюя с Ираном, снимать санкции с его нефти, замечает он. Балансировать между всеми центрами силы – это путь, который реализуется Минском. Если это соответствует стратегическому курсу Союзного государства, у Москвы нет никаких оснований упрекать в этом Минск, говорит эксперт.
Кроме договора о дружбе в Пхеньяне подпишут девять документов, пояснил Рыженков. Они касаются сельского хозяйства, образования, здравоохранения, сотрудничества торгово-промышленных палат, академий наук и научных организаций в сфере сельского хозяйства, сотрудничества между информационными министерствами. Еще в июле 2024 г. Рыженков обсудил с министром внешнеэкономических связей КНДР Юн Чжоу Хо взаимные поставки товаров, в том числе белорусского продовольствия, в Северную Корею. Особое внимание было уделено вопросам продовольственной безопасности, подчеркивали тогда в белорусском МИДе. В обмен стороны считали необходимым наладить поставки традиционной корейской косметики для белорусского рынка. С лета 2025 г. северокорейские компании аккредитуются на Белорусской универсальной товарной бирже. Первой стала фирма, начавшая закупки белорусского сухого молока. В январе 2026 г. начались поставки мяса в КНДР – пробный груз оценили в сотни тысяч долларов. В 2022 г. Forbes писал, что в обмен на белорусские тракторы и машины Северная Корея поставляет запчасти, конденсаторы и транзисторы. Открытой статистики по торговле двух стран нет.
Белоруссия следует политике диверсификации своей торговли, замечает руководитель группы комплексных исследований Балтийского региона ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский. По его словам, сложности в торговле со странами ЕС из-за санкций мотивируют Минск искать рынки в Африке и Азии. Офицеров-Бельский считает КНДР емким рынком для белорусских удобрений, стороны открыто говорят о кооперации в аграрном секторе, а логистику обеспечит Россия. Зуева согласна, что центральный экономический вопрос – аграрный, приоритетный и для Лукашенко, и для Кима. Но она считает, что торговлю ограничат санкции СБ ООН. КНДР в отличие от России, Сербии, стран СНГ, Южной, Юго-Восточной Азии, Африки, Латинской Америки и Китая не была явным военно-техническим партнером Минска. Но уровень их ВПК позволяет предполагать возможную кооперацию, отмечает Офицеров-Бельский. Зуева считает, что открытое военно-техническое сотрудничество из-за санкций СБ ООН вряд ли будет заметно: «В договоре о дружбе, скорее всего, этого пункта не будет, вопрос не фигурирует в анонсах остальных девяти двусторонних соглашений».
