МОСКВА, 16 мар — РИА Новости, Надежда Сарапина. Конфликт на Ближнем Востоке аукнется всей мировой экономике, обещают западные экономисты. Перебоев с логистикой, роста цен и снижения уровня жизни не избежать не только зависимой от импорта Европе, но и США. Кому на этот раз придется туже затягивать пояса — в материале РИА Новости.
Высокая цена
Война с Ираном серьезно замедлит рост мирового ВВП. Даже осторожные прогнозы предполагают снижение: в умеренном сценарии JPMorgan отмечает замедление роста мирового ВВП с 2,6 процента до двух, глобальная инфляция подскочит с трех процентов до четырех.
Цифры реалистичны и прогнозы уже сбываются, отмечают российские эксперты. Все упирается в нефть: стоимость топлива заложена во всех товарах, поэтому сильный рост котировок вызовет скачок инфляции. А фактическая блокировка Ормузского пролива, через который проходило порядка четверти мирового объема, держит цены на высоком уровне. Аналитики Goldman Sachs считают, что ситуация затянется. Компания повысила целевые котировки на Brent на четвертый квартал 2026 года с 66 до 71 доллара за баррель. Brent уже прибавила более 30 процентов, сейчас цены колеблются в районе 100 долларов. Если блокада продолжится — продолжится и рост. На этом фоне глобальные акции утратили набранные с начала года позиции, сообщает Bloomberg.
Танкеры вблизи Ормузского пролива
Международное энергетическое агентство (МЭА) решило распечатать стратегические запасы, чтобы избежать инфляционного шока. На рынок выбросят 400 миллионов баррелей черного золота. Это необходимо для поддержания энергетической безопасности в мире, объяснил исполнительный директор МЭА Фатих Бироль.
Волновой эффект
Этот объем покроет около 20 дней потери поставок из Персидского залива, что в краткосрочной перспективе несколько ослабит напряженность. Но важно понимать: действия МЭА — не панацея при длительной эскалации, указывает инвестиционный советник в реестре Банка России и партнер Российского экспортного центра (РЭЦ) Сергей Варфоломеев.
Война уже заметно повлияла на мировую экономику. По подсчетам МЭА, добыча нефти в странах Персидского залива сократилась по меньшей мере на десять миллионов баррелей в сутки. Фрахт танкеров подорожал более чем вдвое, а страховые премии в отдельных случаях — на 1000 процентов и выше. "Эти факторы уже создали реальный энергетический шок, сопоставимый по масштабу с последствиями пандемии, но с обратным влиянием — снижением предложения, а не спроса", — говорит Варфоломеев.
Если ситуация не разрешится в скором времени, ускорение инфляции и замедление глобального ВВП могут оказаться даже сильнее, чем в текущих прогнозах. Инструменты для сглаживания кратковременных эффектов существуют, но преодолеть без потерь такой дефицит предложения углеводородов в течение длительного времени мировая экономика вряд ли способна, добавляет, в свою очередь, старший научный сотрудник лаборатории структурных исследований ИПЭИ Президентской академии Владимир Еремкин.
Президент США Дональд Трамп наблюдает за тем, как упавшему участнику митинга оказывают медицинскую помощь
Еще несколько недель — и страны Персидского залива могут потерять до одного процента роста ВВП по итогам 2026-го, а мировой рынок недосчитается примерно трети нефтегазового трафика, отмечает заместитель директора АНО "Центр развития законодательства" Дмитрий Матюшенков.
Как бы то ни было, логистика через Ормузский пролив восстановится не быстро. По оценкам Варфоломеева, если ограничения продлятся более трех месяцев, Brent может удерживаться на уровне 85-90 долларов, а при полной изоляции — превысить 100 долларов. Такой сценарий сулит рост инфляции в США, Европе и Японии в 0,5-1,0 процентного пункта, кроме того, есть риск стагфляции. "В итоге рост американской экономики окажется значительно ниже ожидаемых 2,2-2,5 процента и составит порядка двух процентов, в ЕС можно рассчитывать на 0,8-1,0 вместо 1,2 процента), что может вызвать политическое давление на ЕЦБ. В Азии особенно сильно пострадают зависимые от импорта страны: Япония, Филиппины и Индия, где рост тарифов на импортное топливо приведет к дефициту бюджета", — прогнозирует Варфоломеев. Кроме того, дополнительную нагрузку на глобальную торговлю и цены окажут введенные Трампом пошлины на сталь, алюминий и электронику.
Оценка ущерба
В случае затяжного конфликта прогноз по мировому ВВП потребует существенного пересмотра в сторону ухудшения, говорит Матюшенков. "Если базовый сценарий предполагает рост на два процента в первом полугодии 2026 года, то при негативном этот показатель может опуститься до одного-полутора процентов, а в отдельных регионах и вовсе дойти до стагнации или рецессии. Китай, чей рост ВВП в 2026-м прогнозировался на уровне 4,5-4,6 процента, может потерять еще 0,2-0,4 процентного пункта, что критично для страны, впервые за 35 лет снизившей годовой план по динамике ВВП ниже пяти процентов", — поясняет он.
Россию, как крупного экспортера нефти, неприятности заденут не так сильно, считают аналитики. Рост цен на нефть в абсолютном выражении и дефицит мирового предложения увеличат не только цену поставки российского сырья, но и сократят дисконт. Спрос со стороны азиатских стран вырастет. Все это положительно скажется на нефтегазовых доходах бюджета.
Президент США Дональд Трамп
Основная проблема для России — санкции. Однако обстановка располагает если не к полному их снятию, то к смягчению. Так, США уже на месяц вывели из-под ограничений российскую нефть и нефтепродукты, погруженные на суда по состоянию на 12 марта. Согласно генеральной лицензии американского Минфина, на их продажу теперь не распространяются никакие ограничительные меры Вашингтона. По заявлениям президента Франции Эммануэля Макрона, ЕС пока не спешит с аналогичными действиями. Но практика показывает, что поддержка Европой американской политики — дело времени.
