Вести переговоры с Ираном уже поздно, заявил президент США Дональд Трамп 3 марта в своей соцсети Truth Social. «Их [Ирана] средства воздушной обороны, военно-воздушный и военно-морской флот и руководство уничтожены. Они хотят поговорить. Я сказал: «Слишком поздно», – говорится в посте.
Ранее его спецпосланник Стивен Уиткофф (неоднократно бывавший с визитами в России и являвшийся наряду с президентским зятем Джаредом Кушнером одним из основных переговорщиков с иранцами) заявил в эфире телеканала Fox News о том, что американская сторона потеряла надежду на заключение соглашения с Тегераном к концу второго раунда переговоров. По словам Уиткоффа, иранцы «разве что не хвастались», что у них якобы достаточно обогащенного урана для создания более 10 ядерных бомб.
При этом Уиткофф вновь перечислил условия, которые выдвигали американцы Тегерану на переговорах, добавив к отказу от обогащенного урана, ликвидации ракетной программы и поддержки дружественных сил еще и уничтожение иранского военно-морского флота.
В середине февраля США и Иран провели два раунда переговоров в Женеве, но это не привело к конкретным результатам. Комментарии сторон в ходе этого процесса были смешанными, хотя они старались сохранять нейтральный фон. При этом 17 февраля министр иностранных дел Аббас Арагчи заявил о прогрессе переговоров. Именно об этом раунде переговоров говорил Уиткофф, когда объяснял, что американская сторона потеряла надежду на сделку. Кроме того, 27 февраля (за день до начала американо-израильских ударов) министр иностранных дел Омана Бадр бен Хамад Аль-Бусаиди заявил о «существенном прогрессе» на переговорах.
Иранская сторона ни при каких условиях не готова полностью отказываться от своей ядерной программы, говорит иранист Илья Васькин. При этом эксперт не исключил использование и Тегераном переговорного процесса с американцами как инструмента для затягивания времени, чтобы быть готовым к потенциальному вооруженному конфликту.
По мнению ведущего научного сотрудника Центра комплексных европейских и международных исследований НИУ ВШЭ Льва Сокольщика, при помощи военных инструментов Белый дом пытается ослабить режим Исламской Республики, вызвать раскол в иранской элите, а в идеале провести смену власти и трансформировать политику страны. «Американцы пытаются в кратчайшие сроки решать глобальные узловые проблемы, чтобы в том числе затормозить процесс утраты лидерства США в военной и технологических сферах», – объяснил американист.
В Иране, несмотря на убийство ключевых политических фигур, нет признаков политического кризиса, заметил Васькин. Конституционная структура Исламской Республики адаптирована для предотвращения управленческого кризиса в случае внутренних и внешних угроз. Хотя в иранском политическом ландшафте существует давнее соперничество между условными реформаторами и консерваторами, пока неизвестно, насколько международный кризис мог усилить этот раскол, добавил иранист: «Полагаю, это станет известно лишь во время избрания нового верховного лидера».
Изначально американская переговорная позиция в диалоге с иранской стороной была ультимативной, не нацеленной на поиск компромиссов, заметил Сокольщик. Если Тегеран в ходе двусторонних переговоров пытался лавировать и настаивал на продолжении диалога для избежания вооруженной эскалации, то Вашингтон использовал дипломатию как ширму для проведения военных приготовлений, добавил эксперт.
Уиткофф и Кушнер – не профессиональные переговорщики и дипломаты и в отношении их есть претензии со стороны американского истеблишмента, заметил главный научный сотрудник ИСКРАНа Владимир Васильев. По его словам, Трамп назначил их в качестве представителей США на переговорах по принципу кумовства и непотизма. А заявления Уиткоффа относительно американо-иранского диалога лишь рискуют вызвать кризис доверия к американским дипломатам и на других переговорных треках, подчеркнул американист: «Изначально американцы заняли ультимативную позу на переговорах, несмотря на готовность иранской стороны идти на уступки. А затем сознательно вышли из диалога, как только американская армия завершила развертывание сил на Ближнем Востоке». По словам Васильева, Трамп не доверяет своему окружению – он мог бы заменить Уиткоффа на профессионального дипломата, но дело в том, что у американского президента короткая скамейка запасных.
Иранская операция серьезно подорвет доверие к США на других дипломатических треках, особенно на российско-украинском, говорит американист Павел Кошкин. Поэтому, по его мнению, нельзя исключать, что Россия еще больше ужесточит переговорные позиции и пересмотрит подходы к ведению диалога с США в целом. Вспомним, как Москва реагировала на действия США в Югославии в 1999 г., в Ираке в 2003 г. и даже в Ливии в 2011 г. Все подобные интервенции сопровождались ростом подозрительности российских политических элит в отношении Америки.
