С момента возникновения патриаршего экзархата Африки в 2021 г. как реакции на признание Александрийским патриархатом в 2019 г. неканонической Православной церкви Украины (ПЦУ) структура РПЦ на континенте выросла более чем до 250 священников и 371 прихода в двух епархиях – Северо- и Южно-Африканской – в 36 странах континента. Об этом сообщил в интервью «Ведомостям» экзарх Африки, митрополит Каирский и Северо-Африканский Константин (Островский).
Центр Северо-Африканской епархии РПЦ – столица Египта Каир, Южно-Африканской (находится под временным управлением митрополита Каирского, экзарха Африки) – Йоханнесбург в ЮАР. Митрополит Константин отметил, что выделение отдельной структуры РПЦ в Африке произошло из-за «трагедии» признания в 2019 г. Александрийской православной церковью (АПЦ) и ее патриархом Феодором II вслед за Константинопольским патриархатом неканонической ПЦУ на Украине и перехода ряда африканских священников из АПЦ в РПЦ – сначала в Марокко, Египте, Тунисе и ЮАР.
«Среди африканцев это (признание АПЦ ПЦУ. – «Ведомости») не везде вызвало поддержку», – сказал африканский экзарх.
Глава миссионерского отдела Африканского экзархата иерей Георгий (Максимов) сказал «Ведомостям», что поводом для второй после 2019–2022 гг. волны перехода приходов из АПЦ в РПЦ в Африке стало рукоположение в 2024 г. в диаконы женщины в Зимбабве местным епископом Серафимом с одобрения Александрии.
На 2025 г. иерей Георгий оценивал численность активных прихожан РПЦ в Африке в 35 000 человек.
На данный момент среди опорных для РПЦ стран Африки он назвал Кению. «Больше 100 священников, 10 благочиний», – отметил патриарший экзарх. Источник «Ведомостей» в Кении из числа занимающихся бизнесом российских граждан подтвердил, что в этой развитой и популярной у россиян стране Восточной Африки в последние годы даже визуально виден рост приходов РПЦ.
Председатель миссионерского отдела экзархата Африки отметил в разговоре с «Ведомостями», что по переписи 2019 г. православными в Кении назвали себя более 200 000 человек. Он подчеркнул, что число осевших в Кении россиян не имеет отношения к росту числа приходов РПЦ: «Россияне разве что приходят на Пасху, но в основном и священники, и прихожане – кенийцы. Это все связано с обращением самих кенийцев в РПЦ».
Среди опорных для РПЦ митрополит Константин назвал еще Танзанию, Уганду, Малави, Замбию и др. Митрополит Константин упомянул и общины в союзных России странах Сахеля на границе пустыни Сахары, где действует Африканский корпус Минобороны России. Среди коптов в Египте и эфиопов в Эфиопии с их древними восточными церквями миссионерская деятельность не ведется, но поддерживается церковное общение.
В расположенных севернее Сахары мусульманских странах Северной Африки, где расположена Северо-Африканская епархия, из-за законодательного запрета на миссионерскую деятельность действуют приходы для потомков эмигрантов первой, второй, третьей и постсоветских волн из России. В Египте общины верующих россиян, по его словам, окормляют приходы РПЦ в Каире, курортной Хургаде и на площадке строящейся специалистами «Росатома» атомной электростанции «Эд-Дабаа» на северо-западе страны.
По словам работающего в Африке источника «Ведомостей», кроме того, что в Уганде, Танзании, Замбии и Малави укоренены традиции христианства, РПЦ выбирают страны еще по двум признакам. Во-первых, наиболее бедные, где жителям нужна гуманитарная поддержка, а во-вторых, лояльные к России.
Названные страны стали для РПЦ опорными из-за высокой доли и концентрации христианского населения, хотя есть нюансы, отмечает руководитель программы «Африка в фокусе российских интересов» ИМИ МГИМО Майя Никольская. Например, Танзания во многом мусульманская, а в Малави сильны позиции иудаизма и еврейской диаспоры, продолжает она. В Кении, опорной для РПЦ, сильны католики, им принадлежит значительная часть земли в стране с тесными связями с США как следствие работы миссионеров в XIX–XX вв., поясняет Никольская.
Почва там подготовлена, христиан много, пространства хватает. Многие африканцы переходят в православие как в более «истинное» христианство, так как протестантские и католические пасторы там дискредитируют свои церкви, будучи склонны к обогащению и роскоши, отмечает Никольская. В кенийских городах протестантский или католический священник в месяц имеет $6000, ездит на BMW, а его прихожане бедны и ездят на маршрутках, говорит она.
Ранее в феврале Bloomberg заметило, что с 2021 г. присутствие РПЦ в Африке расширилось с четырех до 34 стран, и связало это со «стратегией Москвы» по усилению влияния на континенте. РПЦ создает определенный, скорее положительный, образ России в Африке, отмечает Никольская: «И что особенно важно – в Кении и Малави, находящихся под значительным британским и американским влиянием».
